Баламут Чума (balamut4uma) wrote,
Баламут Чума
balamut4uma

Светлана Левашова. Откровение. Авария. Часть 2




      23. Авария. Часть 2

      Она вдруг стала похожа на маленькую, грустную старушечку, которая в полной растерянности смотрит своими чистыми глазами на такой знакомый белый свет, и никак не может понять — куда же теперь ей идти, где же теперь её мама, и где теперь её дом?.. Она поворачивалась то к своему грустному брату, то к одиноко стоявшему и, казалось бы, полностью ко всему безразличному отцу. Но ни один из них не имел ответа на её простой детский вопрос, и бедной девчушке вдруг стало по-настоящему очень страшно....
      — А ты с нами побудешь? — смотря на меня своими большими глазёнками, жалобно спросила она.
      — Ну конечно побуду, если ты этого хочешь, — тут же заверила я.
      И мне очень захотелось её крепко по-дружески обнять, чтобы хоть чу-точку согреть её маленькое и такое испуганное сердечко...
      — Кто ты, девочка? — неожиданно спросил отец.
      — Просто человек, только немножко «другой», — чуть смутившись, ответила я. — Я могу слышать и видеть тех, кто «ушёл»... как вот вы сейчас.
      — Мы ведь умерли, правда? — уже спокойнее спросил он.
      — Да, — честно ответила я.
      — И что же теперь с нами будет?
      — Вы будете жить, только уже в другом мире. И он не такой уж плохой, поверьте!.. Просто вам надо к нему привыкнуть и полюбить.
      — А разве после смерти ЖИВУТ?.. — всё ещё не веря, спрашивал отец.
      — Живут. Но уже не здесь, — ответила я. — Вы чувствуете всё так же, как раньше, но это уже другой, не ваш привычный мир. Ваша жена ещё находится там, так же, как и я. Но вы уже перешли «границу» и теперь вы на другой стороне, — не зная, как точнее объяснить, пыталась «достучаться» до него я.
      — А она тоже когда-нибудь к нам придёт? — вдруг спросила девчушка.
      — Когда-нибудь, да, — ответила я.
      — Ну, тогда я её подожду — уверенно заявила довольная малышка. — И мы опять будем все вместе, правда, папа? Ты же хочешь, чтобы мама опять была с нами, правда ведь?..
      Её огромные серые глаза сияли, как звёздочки, в надежде, что её любимая мама в один прекрасный день тоже будет здесь, в её новом мире, даже не по-нимая, что этот ЕЁ теперешний мир для мамы будет не более и не менее, как просто смерть...
      И, как оказалось, долго малышке ждать не пришлось... Её любимая мама появилась опять... Она была очень печальной и чуточку растерянной, но держалась намного лучше, чем до дикости перепуганный отец, который сейчас уже, к моей искренней радости, понемножку приходил в себя.
      Интересно то, что за время моего общения с таким огромным количеством сущностей умерших, я почти с уверенностью могла бы сказать, что женщины принимали «шок смерти» намного увереннее и спокойнее, чем это делали мужчины. Я тогда ещё не могла понять причины этого любопытного наблюдения, но точно знала, что это именно так. Возможно, они глубже и тяжелее переносили боль вины за оставленных ими в «живом» мире детей или за ту боль, которую их смерть приносила родным и близким. Но именно страх смерти у большинства из них (в отличие от мужчин) почти что начисто отсутствовал. Могло ли это в какой-то мере объясняться тем, что они сами дарили самое ценное, что имелось на нашей земле — человеческую жизнь? Ответа на этот вопрос тогда ещё у меня, к сожалению, не было...
      — Мамочка, мама! А они говорили, что ты ещё долго не придёшь! А ты уже здесь!!! Я же знала, что ты нас не оставишь! — верещала маленькая Катя, задыхаясь от восторга. — Теперь мы опять все вместе и теперь будет всё хорошо!
      И как же грустно было наблюдать, как вся эта милая дружная семья старалась уберечь свою маленькую дочь и сестру от сознания того, что это совсем не так уж и хорошо, что они опять все вместе, и что ни у одного из них, к сожалению, уже не осталось ни малейшего шанса на свою оставшуюся непрожитую жизнь... И что каждый из них искренне предпочёл бы, чтобы хоть кто-то из их семьи остался бы в живых... А маленькая Катя всё ещё что-то невинно и счастливо лопотала, радуясь, что опять они все одна семья и опять совершенно «всё хорошо»...
      Мама печально улыбалась, стараясь показать, что она тоже рада и счастлива... а душа её, как раненная птица, криком кричала о её несчастных, так мало проживших малышах...
      Вдруг она как бы «отделила» своего мужа и себя от детей какой-то про-зрачной «стеной» и, смотря прямо на него, нежно коснулась его щеки.
      — Валерий, пожалуйста, посмотри на меня — тихо проговорила женщина. — Что же мы будем делать?.. Это ведь смерть, правда, же?
      Он поднял на неё свои большие серые глаза, в которых плескалась такая смертельная тоска, что теперь уже мне вместо него захотелось по-волчьи завыть, потому что принимать всё это в душу было почти невозможно...
      — Как же могло произойти такое?.. За что же им-то?!.. — опять спросила Валерия жена. — Что же нам теперь делать, скажи?
      Но он ничего не мог ей ответить, ни тем более, что-то предложить. Он просто был мёртв, и о том, что бывает «после», к сожалению, ничего не знал, так же, как и все остальные люди, жившие в то «тёмное» время, когда всем и каждому тяжелейшим «молотом лжи» буквально вбивалось в голову, что «после» уже ничего больше нет и, что человеческая жизнь кончается в этот скорбный и страшный момент физической смерти...
      — Папа, мама, и куда мы теперь пойдём? — жизнерадостно спросила девчушка. Казалось, теперь, когда все были в сборе, она была опять полностью счастлива и готова была продолжать свою жизнь даже в таком незнакомом для неё существовании.
      — Ой, мамочка, а моя ручка прошла через скамейку!!! А как же теперь мне сесть?.. — удивилась малышка.
      Но не успела мама ответить, как вдруг прямо над ними воздух засверкал всеми цветами радуги и начал сгущаться, превращаясь в изумительной красоты голубой канал, очень похожий на тот, который я видела во время моего неудачного «купания» в нашей реке. Канал сверкал и переливался тысячами звёздочек и всё плотнее и плотнее окутывал остолбеневшую семью.
      — Я не знаю кто ты, девочка, но ты что-то знаешь об этом — неожиданно обратилась ко мне мать. — Скажи, мы должны туда идти?
      — Боюсь, что да, — как можно спокойнее ответила я. — Это ваш новый мир, в котором вы будете жить. И он очень красивый. Он понравится вам.
      Мне было чуточку грустно, что они уходят так скоро, но я понимала, что так будет лучше, и что они не успеют даже по настоящему пожалеть о потерянном, так как им сразу же придётся принимать свой новый мир и свою новую жизнь...
      — Ой, мамочка, мама, как красиво!!! Почти, как Новый Год!.. Видас, Видас, правда красиво?! — счастливо лепетала малышка. — Ну, пойдёмте же, пойдёмте, чего же вы ждёте!
      Мама грустно мне улыбнулась и ласково сказала:
      — Прощай, девочка. Кто бы ты ни была — счастья тебе в этом мире...
      И обняв своих малышей, повернулась к светящемуся каналу. Все они, кроме маленькой Кати, были очень грустными и явно сильно волновались. Им приходилось оставлять всё, что было так привычно и так хорошо знакомо, и «идти» неизвестно куда. И, к сожалению, никакого выбора у них в данной ситуации не было...
      Вдруг в середине светящегося канала уплотнилась светящаяся женская фигура и начала плавно приближаться к сбившемуся «в кучку» ошарашенному семейству.
      — Алиса?.. — неуверенно произнесла мать, пристально всматриваясь в новую гостью.
      Сущность улыбаясь, протянула руки к женщине, как бы приглашая в свои объятия.
      — Алиса, это правда ты?!..
      — Вот мы и встретились, родная, — произнесло светящее существо. — Неужели вы все?.. Ох, как жаль!.. Рано им пока... Как жаль...
      — Мамочка, мама, кто это? — шёпотом спросила ошарашенная ма-лышка. — Какая она красивая!.. Кто это, мама?
      — Это твоя тётя, милая, — ласково ответила мать.
      — Тётя?! Ой, как хорошо — новая тётя!!! А она кто? — не унималась любопытная девчушка.
      — Она моя сестра, Алиса. Ты её никогда не видела. Она ушла в этот «другой» мир, когда тебя ещё не было.
      — Ну, тогда это было очень давно, — уверенно констатировала «неоспоримый факт» маленькая Катя...
      Светящаяся «тётя» грустно улыбалась, наблюдая свою жизнерадостную и ничего плохого в этой новой жизненной ситуации не подозревавшую маленькую племянницу. А та себе весело подпрыгивала на одной ножке, пробуя своё необычное «новое тело» и оставшись им совершенно довольной, вопросительно уставилась на взрослых, ожидая, когда же они наконец-то пойдут в тот необыкновенный светящийся их «новый мир»... Она казалась опять совершенно счастливой, так как вся её семья была здесь, что означало — у них «всё прекрасно», и не надо ни о чём больше волноваться... Её кро-шечный детский мирок был опять привычно защищён любимыми ею людьми, и она больше не должна была думать о том, что же с ними такое сегодня случилось, и просто ждала, что там будет дальше.
      Алиса очень внимательно на меня посмотрела и ласково произнесла:
      — А тебе ещё рано, девочка, у тебя ещё долгий путь впереди...
      Светящийся голубой канал всё ещё сверкал и переливался, но мне вдруг показалось, что свечение стало слабее, и как бы отвечая на мою мысль, «тётя» произнесла:
      — Нам уже пора, родные мои. Этот мир вам уже больше не нужен...
      Она приняла их всех в свои объятия (чему я на мгновение удивилась, так как она как бы вдруг стала больше) и светящийся канал исчез вместе с милой девочкой Катей и всей её чудесной семьёй... Стало пусто и грустно, как будто я опять потеряла кого-то близкого, как это случалось почти всегда после новой встречи с «уходящими»...
      — Девочка, с тобой всё в порядке? — услышала я чей-то встревоженный голос.
      Кто-то меня тормошил, пробуя «вернуть» в нормальное состояние, так как я, видимо, опять слишком глубоко «вошла» в тот другой, далёкий для остальных мир и напугала какого-то доброго человека своим «заморожено-ненормальным» спокойствием.
      Вечер был таким же чудесным и тёплым, и вокруг всё оставалось точно так же, как было всего лишь какой-то час назад... только мне уже не хотелось больше гулять.
      Чьи-то хрупкие, хорошие жизни, только что так легко оборвавшись, белым облачком улетели в другой мир, и мне стало вдруг очень печально, как будто вместе с ними улетела капелька моей одинокой души... Очень хотелось верить, что милая девочка Катя обретёт хоть какое-то счастье в ожидании своего возвращения «домой»... И было искренне жаль всех тех, кто не имел приходящих «тётей», чтобы хоть чуточку облегчить свой страх, и кто в ужасе метался, уходя в тот дугой, незнакомый и пугающий мир, даже не представляя, что их там ждёт, и не веря, что это всё ещё продолжается их «драгоценная и единственная» ЖИЗНЬ...
Tags: Светлана Левашова
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments