Баламут Чума (balamut4uma) wrote,
Баламут Чума
balamut4uma

Categories:

Светлана Левашова. Откровение. Стелла-2. Гарольд






      26. Стелла-2. Гарольд
      Загруженные «по-горлышко» каждодневными заботами дни сменялись неделями, а я всё ещё никак не могла найти свободного времени, чтобы посетить свою милую маленькую подружку. Думала я о ней почти каждый день и сама себе клялась, что завтра уж точно найду время, чтобы хоть пару часов «отвести душу» с этим чудесным светлым человечком... А также ещё одна, весьма странная мысль никак не давала мне покоя — очень хотелось познакомить бабушку Стеллы со своей, не менее интересной и необычной бабушкой... По какой-то необъяснимой причине я была уверена, что обе эти чудесные женщины, уж точно, нашли бы, о чём поговорить...
      Так наконец-то в один прекрасный день я вдруг решила, что хватит от-кладывать всё «на завтра» и, хотя совершенно не была уверена, что Стеллина бабушка именно сегодня будет там, решила, что будет чудесно если сегодня я наконец-то навещу свою новую подружку, ну, а если повезёт, то и наших милых бабушек друг с другом познакомлю.
      Какая-то странная сила буквально толкала меня из дома, будто кто-то издалека очень мягко и в то же время очень настойчиво меня мысленно звал.
      Я тихо подошла к бабушке и, как обычно, начала около неё крутиться, стараясь придумать, как бы ей всё это получше преподнести.
      — Ну что, пойдём что ли?.. — спокойно спросила бабушка.
      Я ошарашено на неё уставилась, не понимая, каким образом она могла узнать, что я вообще куда-то собралась?!.
      Бабушка хитро улыбнулась и, как ни в чём не бывало, спросила:
      — Что, разве ты не хочешь со мной пройтись?
      В душе возмутившись такому бесцеремонному вторжению в мой «частный мысленный мир», я решила бабушку «испытать».
      — Ну, конечно же, хочу! — радостно воскликнула я, и не говоря, куда мы пойдём, направилась к двери.
      — Свитер возьми, вернёмся поздно — прохладно будет! — вдогонку крикнула бабушка.
      Тут уж я дольше выдержать не могла...
      — И откуда ты знаешь, куда мы идём?! — нахохлившись, как замёрзший воробей, обижено буркнула я.
      — Так у тебя ж всё на лице написано, — улыбнулась бабушка.
      На лице у меня, конечно же, написано этого не было, но я бы многое отдала, чтобы узнать, откуда она так уверенно всегда всё знала, когда дело касалось меня?
      Через несколько минут мы уже дружно топали по направлению к лесу, увлечённо болтая о самых разнообразных и невероятных историях, которых она, естественно, знала намного больше, чем я, и это была одна из причин, почему я так любила с ней гулять.
      Мы были только вдвоём, и не надо было опасаться, что кто-то подслушает и кому-то может быть не понравится то, о чём мы говорим.
      Бабушка очень легко принимала все мои странности, и никогда ничего не боялась; а иногда, если видела, что я полностью в чём-то «потерялась», она давала мне советы, помогавшие выбраться из той или иной нежелательной ситуации; но чаще всего просто наблюдала, как я реагирую на уже ставшие постоянными жизненные сложности, без конца попадавшиеся на моём «шипастом» пути. В последнее время мне стало казаться, что бабушка только и ждёт, когда попадётся что-нибудь новенькое, чтобы посмотреть, повзрослела ли я хотя бы на пяту, или всё ещё «варюсь» в своём «счастливом детстве», никак не желая вылезти из коротенькой детской рубашонки. Но даже за такое её «жестокое» поведение я очень её любила и старалась пользоваться каждым удобным моментом, чтобы как можно чаще проводить с ней время вдвоём.
      Лес встретил нас приветливым шелестом золотой осенней листвы. Погода была великолепная, и можно было надеяться, что моя новая знакомая по «счастливой случайности» тоже окажется там.
      Я нарвала маленький букет каких-то ещё оставшихся скромных осенних цветов, и через несколько минут мы уже находились рядом с кладбищем, у ворот которого... на том же месте сидела та же самая миниатюрная милая старушка...
      — А я уже думала вас не дождусь! — радостно поздоровалась она.
      У меня буквально «челюсть отвисла» от такой неожиданности, и в тот момент я видимо выглядела довольно глупо, так как старушка, весело рассмеявшись, подошла к нам и ласково потрепала меня по щеке.
      — Ну, ты иди, милая, Стелла уже заждалась тебя. А мы тут малость посидим...
      Я не успела даже спросить, как же я попаду к той же самой Стелле, как всё опять куда-то исчезло, и я оказалась в уже привычном, сверкающем и переливающемся всеми цветами радуги мире буйной Стеллиной фантазии и не успев получше осмотреться, тут же услышала восторженный голосок:
      — Ой, как хорошо, что ты пришла! А я ждала, ждала!..
      Девчушка вихрем подлетела ко мне и шлёпнула мне прямо на руки... маленького красного «дракончика»... Я отпрянула от неожиданности, но тут же весело рассмеялась, потому что это было самое забавное и смешное на свете существо!..
      «Дракончик», если можно его так назвать, выпучил своё нежное розовое пузо и угрожающе на меня зашипел, видимо сильно надеясь таким образом меня напугать. Но когда увидел, что пугаться тут никто не собирается, преспокойно устроился у меня на коленях и начал мирно посапывать, показывая какой он хороший и как сильно его надо любить...
      Я спросила у Стеллы, как его зовут, и давно ли она его создала.
      — Ой, я ещё даже и не придумала, как звать! А появился он прямо сейчас! Правда он тебе нравится? — весело щебетала девчушка, и я чувствовала, что ей было приятно видеть меня снова.
      — Это тебе! — вдруг сказала она. — Он будет с тобой жить.
      Дракончик смешно вытянул свою шипастую мордочку, видимо решив посмотреть, нет ли у меня чего интересненького... И неожиданно лизнул меня прямо в нос! Стелла визжала от восторга и явно была очень довольна своим произведением.
      — Ну, ладно, — согласилась я, — пока я здесь, он может быть со мной.
      — Ты разве его не заберёшь с собой? — удивилась Стелла.
      И тут я поняла, что она, видимо, совершенно не знает, что мы «разные», и что в том же самом мире уже не живём. Вероятнее всего, бабушка, чтобы её пожалеть, не рассказала девчушке всей правды, и та искренне думала, что это точно такой же мир, в котором она раньше жила, с разницей лишь в том, что теперь свой мир она ещё могла создавать сама...
      Я совершенно точно знала, что не хочу быть тем, кто расскажет этой маленькой доверчивой девочке, какой по-настоящему является её сегодняшняя жизнь. Она была довольна и счастлива в этой «своей» фантастической реальности, и я мысленно себе поклялась, что ни за что и никогда не буду тем, кто разрушит этот её сказочный мир. Я только не могла понять, как же объяснила бабушка внезапное исчезновение всей её семьи и вообще всё то, в чём она сейчас жила?..
      — Видишь ли, — с небольшой заминкой, улыбнувшись, сказала я, — там, где я живу, драконы не очень-то популярны....
      — Так его же никто не увидит! — весело прощебетала малышка.
      У меня прямо-таки гора свалилась с плеч!.. Я ненавидела лгать или вы-кручиваться, и уж особенно перед таким чистым маленьким человечком, каким была Стелла. Оказалось — она прекрасно всё понимала и каким-то образом ухитрялась совмещать в себе радость творения и грусть от потери своих родных.
      — А я наконец-то нашла себе здесь друга! — победоносно заявила ма-лышка.
      — Да ну?.. А ты меня с ним когда-нибудь познакомишь? — удивилась я.
      Она забавно кивнула своей пушистой рыжей головкой и лукаво прищурилась.
      — Хочешь прямо сейчас? — я чувствовала, что она буквально «ёрзает» на месте, не в состоянии более сдерживать своё нетерпение.
      — А ты уверена, что он захочет придти? — насторожилась я.
      Не потому, что я кого-то боялась или стеснялась, просто у меня не было привычки беспокоить людей без особо важного на то повода, и я не была уверена, что именно сейчас этот повод является серьёзным... Но Стелла была видимо в этом абсолютно уверена, потому что буквально через какую-то долю секунды рядом с нами появился человек.
      Это был очень грустный рыцарь... Да, да, именно рыцарь!.. И меня очень удивило, что даже в этом «другом» мире, где он мог «надеть» на себя любую энергетическую «одежду», он всё ещё не расставался со своим суровым ры-царским обличием, в котором он себя всё ещё видимо очень хорошо помнил... И я почему-то подумала, что у него должны были на это быть какие-то очень серьёзные причины, если даже через столько лет он не захотел с этим обликом расставаться.
      Обычно, когда люди умирают, в первое время после своей смерти их сущности всегда выглядят именно так, как они выглядели в момент своей физической смерти. Видимо, огромнейший шок и дикий страх перед неизвестным достаточно велики, чтобы не добавлять к этому какой-либо ещё дополнительный стресс. Когда же время проходит (обычно через год), сущности старых и пожилых людей понемногу начинают выглядеть молодыми и становятся точно такими же, какими они были в лучшие годы своей юности. Ну, а безвременно умершие малыши резко «взрослеют», как бы «догоняя» свои недожитые годы, и становятся чем-то похожими на свои сущности, какими они были, когда вошли в тела этих несчастных, слишком рано погибших, или от какой-то болезни безвременно умерших детей, с той лишь разницей, что некоторые из них чуть «прибавляют» в развитии, если при их коротко прожитых в физическом теле годах им достаточно повезло... И уже намного позже, каждая сущность меняется, в зависимости от того, как она дальше в «новом» мире живёт. А живущие на ментальном уровне земли высокие сущности, в отличие от всех остальных, даже в состоянии сами себе, по собственному желанию создавать «лицо» и «одежду», так как, прожив очень долгое время (чем выше развитие сущности, тем реже она повторно воплощается в физическое тело) и достаточно освоившись в том «другом», поначалу незнакомом им мире, они уже сами бывают в состоянии многое творить и создавать.
      Почему малышка Стелла выбрала своим другом именно этого взрослого и чем-то глубоко раненого человека, для меня по сей день так и осталось неразгаданной загадкой. Но так как девчушка выглядела абсолютно довольной и счастливой таким «приобретением», то мне оставалось только полностью довериться безошибочной интуиции этой маленькой, лукавой волшебницы...
      Как оказалось, его звали Гарольд. Последний раз он жил в своём физическом земном теле более тысячи лет назад и, видимо, обладал очень высокой сущностью, но я сердцем чувствовала, что воспоминания о промежутке его жизни в этом последнем воплощении были чем-то очень для него болезненными, так как именно оттуда Гарольд вынес эту глубокую и скорбную, столько лет его сопровождающую печаль...
      — Вот! Он очень хороший, и ты с ним тоже подружишься! — счастливо произнесла Стелла, не обращая внимания, что её новый друг тоже находится здесь и прекрасно нас слышит.
      Ей наверняка не казалось, что говорить о нём в его же присутствии может быть не очень-то правильно... Она просто-напросто была очень счастлива, что наконец-то у неё появился друг, и этим счастьем со мной открыто и с удовольствием делилась.
      Она вообще была неправдоподобно счастливым ребёнком! Как у нас говорилось — «счастливой по натуре». Ни до Стеллы, ни после неё мне никогда не приходилось встречать никого, хотя бы чуточку похожего на эту «солнечную», милую девчушку. Казалось, никакая беда, никакое несчастье не могло выбить её из этой её необычайной «счастливой колеи»... И не потому, что она не понимала или не чувствовала человеческую боль или несчастье — напротив, я даже была уверена, что она чувствует это намного глубже всех остальных. Просто она была как бы создана из клеток радости и света, и защищена какой-то странной, очень «положительной» защитой, которая не позволяла ни горю, ни печали проникнуть в глубину её маленького и очень доброго сердечка, чтобы разрушить его так привычной всем нам каждодневной лавиной негативных эмоций и раненных болью чувств.... Стелла сама БЫЛА СЧАСТЬЕМ и щедро, как солнышко, дарила его всем вокруг.
      — Я нашла его таким грустным!.. А теперь он уже намного лучше, правда, Гарольд? — обращаясь к нам обоим одновременно, счастливо продолжала Стелла.
      — Мне очень приятно познакомиться с вами, — всё ещё чувствуя себя чуточку скованно, сказала я. — Это наверное очень сложно находиться так долго между мирами?..
      — Это такой же мир как все, — пожав плечами, спокойно ответил рыцарь. — Только почти пустой...
      — Как — пустой? — удивилась я.
      Тут же вмешалась Стелла... Было видно, что ей не терпится поскорее мне «всё-всё» рассказать, и она уже просто подпрыгивала на месте от сжигавшего её нетерпения.
      — Он просто никак не мог найти здесь своих близких, но я ему помогла! — радостно выпалила малышка.
      Гарольд ласково улыбнулся этому дивному, «искрящемуся» счастьем человечку и кивнул головой, как бы подтверждая её слова:
      — Это правда. Я искал их целую вечность, а оказалось, надо было все-го-навсего открыть правильную «дверь». Вот она мне и помогла.
      Я уставилась на Стеллу, ожидая объяснений. Эта девочка, сама того не понимая, всё больше и больше продолжала меня удивлять.
      — Ну, да, — чуть сконфужено произнесла Стелла. — Он рассказал мне свою историю, и я увидела, что их здесь просто нет. Вот я их и поискала...
      Естественно, из такого объяснения я ничего толком не поняла, но пере-спрашивать было стыдно, и я решила подождать, что же она скажет дальше. Но к сожалению или к счастью, от этой смышлёной малышки не так-то просто было что-то утаить... Хитро глянув на меня своими огромными глазами, она тут же предложила:
      — А хочешь — покажу?
      Я только утвердительно кивнула, боясь спугнуть, так как опять ожидала от неё чего-то очередного «потрясающе-невероятного»...
      Её «цветастая реальность» куда-то в очередной раз исчезла, и появился необычный пейзаж...

Продолжение.
Tags: Светлана Левашова
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments