Баламут Чума (balamut4uma) wrote,
Баламут Чума
balamut4uma

Categories:

Светлана Левашова. Откровение. Изидора-9. Потеря Анны. Женщина-воин. Часть 1




43. Изидора-9. Потеря Анны. Женщина-Воин.

     Караффа бесцеремонно разглядывал Севера, будто тот представлял собою редкое, диковинное животное. Лицо Папы по непонятной причине светилось уверенностью, что меня пугало больше, чем если бы он метал в нас «молнии» своего жуткого недовольства...

     — Ну что ж, достопочтимый Север, вот мы с Вами наконец-то и встретились! Я ведь обещал когда-то, что Вы придёте ко мне — я своих обещаний не меняю, обычно.

     — Не обольщайся, Караффа. — спокойно произнёс Север. — Я бы никогда не доставил тебе такого удовольствия. И ты прекрасно это знаешь. Это мадонна Изидора интересует меня... Она слишком ценна, чтобы находиться в твоих руках. Но ты, конечно же, не сможешь этого понять, к сожалению...

     — Человеческая ценность зависит от того, насколько он может быть полезен Богу... Ну, а мадонна Изидора, как Вам известно, — ведьма. И очень могущественная. Поэтому её отношение к господу не оставляет никаких надежд измениться к лучшему. И, таким образом, её «ценность» для меня и нашей святейшей церкви сводится к нулю, дорогой Север.

     — Почему же, в таком случае, ты держишь её взаперти, методично убивая всех её близких, Караффа? — сдержанно просил Север.

     — Помилуйте, дражайший Север, мадонна Изидора совершенно свободна в своих поступках и решениях! — И, язвительно улыбнувшись, добавил: — Как только она соизволит дать мне то, что я у неё прошу, она свободна идти, куда ей пожелается. Даже если это идёт против моей воли.

     Комната «искрилась» напряжением... Малоприятная для нас с Севером беседа ничего хорошего не предвещала. Но Караффа, видимо, имел какую-то свою (как всегда, неизвестную остальным) цель, которую открывать пока явно не собирался.

     — Скажите, Север, если мадонна Изидора Вам так ценна, почему же Мэтэора не пытается сохранить её, упрятав в толще своих «волшебных» стен?

     — Потому, что к нам приходят лишь по своему желанию. Мы предлагали ей, но Изидора не пожелала остаться.

     Караффа резко повернулся в мою сторону. На его лице было написано величайшее удивление...

     — Значит, это правда?!.. Вы сами не пожелали остаться?

     — Я уже говорила Вам это, но Вы мне не поверили, — как можно равнодушнее пожала плечами я.

     Папа явно был ошарашен. Он не в состоянии был понять, как это я, со всей грозящей мне с его стороны опасностью, не захотела защититься?!. Не говоря уже о возможности изучать скрытые в Мэтэоре Знания...

     — Скажите Север, сколько Вам на сегодняшний день лет? — повернувшись к Северу, прямо, как говорится, «в лоб» спросил Караффа.

     — Девятьсот шестьдесят три от рождения вашего липового господа, — спокойно ответил Север. — Другого летоисчисления ты не знаешь, я думаю...

     — А выглядите Вы на тридцать... — не обращая внимания на колкость, тихо произнёс Папа. — Вот как раз это-то я и прошу у мадонны Изидоры!..

     — И она совершенно права, не давая то, о чём ты просишь. Преступники не имеют права жить долго, Караффа. Особенно, такие, как ты… Ты ведь не будешь раскаиваться о содеянном, проживи ты хоть тысячу лет, не правда ли? Да и смысла в этом нет никакого. Ведь твой Бог находится в твоей душе, Караффа... А чернее души, чем твоя, на свете не существует. Поэтому, сколько бы ты ни жил — ты до конца будешь творить чёрное и злое.

     — Ну, это мы ещё посмотрим!.. — задумчиво произнёс Караффа. — Это мы ещё посмотрим... Как бы мадонна Изидора ни была сильна, она очень любит свою дочь, не правда ли? Ну, а материнская любовь иногда делает чудеса, знаете ли!

     Тут до сих пор молчавшая Анна вышла вперёд и как можно спокойнее произнесла:

     — Пока что у тебя одни разговоры, Караффа. Делай своё дело, или не говори того, чего делать не собираешься! Не очень это подходит самому Римскому Папе...

     — Анна!!!

     Крик у меня вырвался непроизвольно... Так как я точно знала — если моя дочь попадёт в подвал, оттуда она живой не выйдет. Всё будет кончено... И для неё... и для меня.

     — Ну, что ж, Изидора, решайте! Анна сама напросилась на это. Хотите ли быть свободной и спокойно растить свою прекрасную дочь, или же её жизнь закончится прямо сейчас... В подвале.

     Я в надежде обернулась к Северу — он напряжённо что-то решал...

     — Скажи, Караффа, неужели тебе не страшно? Ведь после смерти ты будешь жить снова... Ты знаешь. С той лишь разницей, что жизнь твоя не будет больше столь приятной. Неужели это не заставляет тебя хотя бы подумать?

     — О, дражайший Север, по сравнению с попыткой достичь бессмертия сейчас — это всего лишь мелочь. Я поставил на карту всё! И я добьюсь желаемого любым путём. Включая преступление...

     Я стояла, не в состоянии думать... Не в состоянии принять никакого решения. В голове оставалась одна-единственная мысль — вот и всё... Я никогда более не увижу мою дивную, смелую девочку! Караффа потерял своё железное терпение, и события будут происходить прямо сейчас... Не откладывая на будущее.

     Анна смотрела мне прямо в глаза и... улыбалась. Я знала — она пыталась меня успокоить!.. Хотя в душе её в то время, дико визжа, бился о стены животный страх. Я это чувствовала и не могла помочь... Ибо считала, что не могу предать ни её, ни себя. Ни умерших. Не могу предать остальных одарённых, изо дня в день живших в ужасе, в ожидании чудовищной смерти!..

     Я должна была уничтожить Караффу... До того, пока он полностью не уничтожил Землю. Мы были всего лишь пылинками, я и моя дочь, по сравнению со всеми, кто был им уничтожен. Души одарённых, ушедших в мучениях, каждую ночь звали меня, требуя мщения... Наши с Анной жизни не имели значения. Но при всём при том, я не могла позволить Анне так просто умереть. Не могла смириться с её уничтожением...

     — Попытайся удержать его, Изидора, — услышала я прямо в своём мозге. — Я пойду к Владыко.

     И Север исчез, резко растаяв... Видимо, его последние слова слышала только я, так как Караффа несколько секунд оторопело смотрел на место, где только что стоял Север. Но, как обычно, очень быстро очнувшись, он удивлённо произнёс:

     — Он что же, Вас так просто бросил?.. А как же дружба с Вами? Или в Мэтэоре не знают, что это такое?

     — Нет, ваше святейшество, знают. И как раз это-то он пытается сейчас доказать.

     Караффа стоял какое-то мгновение в глубоком раздумье, как бы пытаясь для себя решить, что с нами делать дальше. И вдруг, резко повернувшись, крикнул:

     — Стража!

     В комнату ввалились двое крупных стражников.

     — Отвести её в подвал!

     Стражники резко схватили Анну под руки и потащили к двери.

     Ну, вот и всё... Холодея, подумала я. Но до конца ещё было далеко. Анна резко выпрямилась, и... оба огромных стражника, пушинками пролетев к двери, тяжёлыми мешками грохнулись на пол.

     — Так, так, так... — пронзительно глядя на Анну, прошептал Караффа, — Она воистину Ваша дочь, мадонна. Ну, что ж, попробуем по-другому. — И, хлопнув руками, подозвал новых стражников. — — Отведите девушку в мои апартаменты и не спускайте с неё глаз! — резко приказал Караффа.

     Что он собирался делать на этот раз, я пока что не понимала. Надо было что-то предпринимать, как-то бороться... Но как я могла бороться, не понимая, с чем? Караффа что-то задумал, чтобы избежать воздействия Анны. Но что?.. К сожалению, это было известно лишь его изощрённому мозгу. Я же стояла в ступоре, не в состоянии решить дальнейшее. И лишь надеялась, что, возможно, скоро появится Север...

     Но Север не появлялся. Подошла ночь. Я не находила покоя, воображая самое худшее. И лишь одна единственная надежда, что Анна ещё жива, билась в моём воспалённом ужасом мозге — Караффа собирался мучить её, чтобы сломать меня. Поэтому для него не было никакого смысла мучить Анну тайно. Он хотел доставить боль именно мне, и это давало крошечную надежду увидеть её ещё хотя бы раз...

     Наступило утро. Не сомкнув за ночь глаз, я чувствовала себя разбитой и опустошённой… Неизвестность сводила с ума, не давая возможности расслабиться, не позволяя думать. На мои призывы Анна не отвечала — видимо, Караффа снова использовал свою защиту. Но в душе я точно знала — моя девочка всё ещё была жива… Караффа появился поздним утром. К моему удивлению, он выглядел напряжённым, будто готовая к спуску стрела. Его властные глаза смотрели внимательно и колюче, будто он прямо сейчас решал мою печальную участь.

     — Пойдёмте со мной, мадонна! Вам придётся смотреть весьма неприятное представление. И в этом полностью Ваша вина, знаете ли!.. Я предлагал Вам подумать — Вы думали слишком долго. У меня нет больше времени. Сожалею...

     Караффа был почему-то сильно раздражённым. Что-то беспокоило его острый ум, но это не было страхом неполучения желаемого. Это было что-то другое, чего я никак не могла уловить... Но он явно злился и нервничал, не давая мне время сообразить. Мы спустились в знакомый подвал, в котором всё было точно по-прежнему. Так же кричали люди... Так же пахло смертью… И точно так же стыла от ужаса в жилах кровь.

     — Перед тем, как мы туда войдём, я хочу спросить ещё раз, Изидора, не изменили ли Вы своё решение? — Впившись в меня своими чёрными глазами, прошептал Караффа. — Я не хотел бы мучить Анну. Её жизнь ценна, неужели Вам её не жаль?

     Собрав в кулак всё, что оставалось от моего побитого мужества, я постаралась успокоить дрожащий голос, собираясь отвечать. Приходило состояние обморока. Тело не слушалось. Бессилие убивало... Я панически боялась увидеть то, что пряталось за тяжёлой дверью... Ибо не была уверена, что перенесу то, что уготовил мне «святейший» Папа.

     Да, Святейшество, конечно, мне жаль Анну... — В ответ прошептала я, — Так же жаль, как и те загубленные чудесные жизни, которые уже ушли. И которые ещё уйдут... Я не в состоянии понять Вас, Караффа. Да и никто, думаю, не понял бы... Но Вы можете мне поверить — за всё содеянное Вам придётся очень горько платить.

     — О, милая Изидора! Это ведь будет не сегодня! — Рассмеялся Караффа. — Ну, а что будет после — об этом я буду думать тогда, когда оно придёт. — И, повернув заржавевший ключ, Караффа медленно толкнул тяжёлую дверь...

     Моему глазу открылась леденящая душу картина — посередине небольшой каменной комнатки, на странном железном кресле, прикованная цепью сидела Анна... Сердце стукнуло... и застыло. Как же я могла допустить такое?!. Но воспалённый мозг твёрдо ответил — могла!!! У меня нет другого выбора. Анна смотрела мне в глаза, не пугаясь и не умоляя. Эта девочка проявляла намного больше мужества, чем его имела в тот момент я сама.

     — Не сдавайся! Только не сдавайся, мама! — услышала я.

     Анна говорила со мною мысленно, стараясь меня поддержать. Она боялась (зная, насколько я её люблю), что я не выдержу. Боялась, что Караффа получит то, чего так сильно желает. И тогда всё пережитое нами окажется напрасным.

     — Ваша дочь так же воинственна, как Вы, мадонна. Мне пришлось заменять восьмерых палачей, чтобы связать её! Пришлось напоить её маковым отваром, чтобы усыпить... Пожалейте её, Изидора!

     Грузный палач в кожаном нагруднике готовил какие-то страшные инструменты. Видимо, для пыток моей любимой дочери... Моей милой и светлой девочки. Сердце стыло... Казалось, мир стал сплошной единой болью. Ничего больше не чувствуя, я просто перестала дышать...

     — Очнитесь, мадонна! Да что с Вами такое? Очнитесь!..

     Взволнованный Караффа держал передо мною пахучую соль, время от времени поднося её к ноздрям, заставляя меня поневоле вдыхать спёртый подвальный воздух. Я чувствовала, что похожа на восковую куклу. Это было плохо — Караффа прекрасно понял, что это было именно то, чем он, возможно, мог меня сломить. И платить за это, естественно, приходилось Анне....

     — Неужели Вы надеетесь, что, живя долго, Вам когда-то удастся выкосить всех одарённых? — Достаточно очнувшись, тихо прошептала я. — Это ведь просто желаемый бред, святейшество! Люди рождаются... И так же рождаются одарённые. Вам никогда не удастся их уничтожить! Одумайтесь, пока ещё не поздно. У Вас ведь дивный ум, почему Вы направляете его на уничтожение?

     Караффа задумчиво теребил тяжёлый золотой крест, висящий на его папской груди. Казалось, он ушёл далеко из привычного мира в какие-то незнакомые дали... К сожалению только, он никуда не уходил надолго...

Продолжение


[1] Подробно об удивительной жизни Эсклармонд де Уссон можно будет прочесть в книге «Дети солнца».

[2] Про «раскрашенных» старыми символами рыцарей-воинов совершенного катара, графа Миропуа можно прочесть в официальных записях Каркасонской инквизиции.
Tags: Светлана Левашова
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments