Баламут Чума (balamut4uma) wrote,
Баламут Чума
balamut4uma

Отношение мусульман к иноверцам




Жизнь европейских народов. Т. 1
Водовозова Елизавета Николаевна
Издатель: Санкт-Петербург
Дата: 1875
Иллюстратор: Васнецов Виктор Михайлович
Описание: Оригинал хранится в ГПИБ
Объём: XXII, 553 с., 25 л. ил.
Стр.:35

      Кромѣ религіозныхь догматовъ и обрядовъ, мы находимъ въ коранѣ правила для нравственнаго руководства человѣка въ отношеніи къ Богу, къ самому себѣ, и въ отношеніи къ другимъ людямъ.
      Изъ всѣхъ мыслей, высказанныхъ въ магометанской религіи, и правилъ, ею предписанныхъ, болѣе свѣтлымъ взглядомъ отличаются обязанности, которыя она заповѣдуетъ въ отношеніи къ Богу. Согрѣшившій, по постановленіямъ алкорана, долженъ втайнѣ принести Богу покаяніе и въ молитвахъ просить у него прощенія. Онъ долженъ также стараться искупить грѣхи, раздавая милостыню нищимъ и освобождая невольниковъ, — хотя и тутъ, какъ мы уже говорили раньше (въ статьѣ о мечетяхъ), милостынѣ придаютъ черезъ чуръ узкое, одностороннее значеніе.
      Главныя обязанности къ самому себѣ слѣдующія: нерасточительность, воздержанность въ пищѣ и питьѣ, не желать себѣ смерти, не убивать себя.
      Эти обязанности такъ немногосложны и не трудны, что ихъ выполняетъ маломальски здравомыслящій человѣкъ. Что же касается до обязанностей по отношенію къ другимъ, — то тутъ именно и кроется самая пагубная сторона этого ученія. Магометанская религія не смотрите, какъ христіанская, на всѣхъ людей, какъ на братьевъ, но дѣлитъ весь родъ человѣческій па двѣ категоріи: на мусульманъ и на немусульманъ. Если и требуются соблюдать нѣкоторыя добродѣтели въ отношеніи ближняго, то тутъ нодразумѣваются только мусульмане; къ немусульманамъ же правовѣрпые могутъ питать полнѣйшее презрѣніе, стараясь вездѣ, гдѣ возможно, истребить ихъ огнемъ и мечемъ.
      «Джихадъ», война за вѣру, считается пророкомъ самымъ высшимъ подвигомъ. Войну противъ невѣрпыхъ, по ученію ислама, должпо вести всегда, пока на свѣтѣ есть хоть одинъ немусульмапинъ. Отъ этой войны можетъ отказываться только хромой и слѣпой. Да и они, если только не совершенно разслаблепы болѣзпями, должны ходить вездѣ и проповѣдывать магометанскую вѣру.
      Во время войны религія запрещаете правовѣрнымъ уродовать плѣпниковъ, но позволяете брать ихъ въ рабство, продавать, пользоваться ихъ имуществомъ, однимъ словомъ быть полнымъ господипомъ ихъ жизни и смерти.
      Воровство въ Турціи чрезвычайно строго наказывается: у вора, мужчина это, или женщина, отсѣкаютъ руку; но воровать и грабить у немусульмаиипа вполнѣ допускается.
      Извѣстно всѣмъ, какимъ возмутительнымъ лихоимствомъ и взяточниствомъ отличаются турецкіе чиновники и сборщики податей; по отношепію же къ раямъ (Раяші называются въ Турціи вообще всѣ подданные въ имперіи вемусульманскаго
исповѣданія) и другимъ иновѣрцамъ, которые платятъ дань Турціи и находятся отъ нея въ зависимости, — они безъ церемоніи дерутъ, что называется, съ живаго и съ мертваго.... Въ случаѣ малѣйшаго сопротивленія со стороны этихъ песчастныхъ подданныхъ Турецкой имперіи, чиновники садятъ ихъ на коль, а иногда съ совершеннымъ хладнокровіемъ дѣлаютъ то же и съ другими членами ихъ семействъ; затѣмъ складываютъ на возы весь ихъ домашній скарбъ, сгоняютъ стада и все это отправляютъ къ себѣ, какъ свою собственность.
      Сумма, которую должны были внести несчастные турецкому правительству, выплачивается, а львиная доля остается чиновнику.
      Такой грабежъ, разбой и убійство, учиняемый правовѣрпымъ надъ немусульманиномъ, правительство никогда не преслѣдуетъ: — чиновнику нужно же
собрать дань, а то, что онъ самъ себѣ понагрѣлъ руви и убилъ гяура, — не бѣда, самъ великій пророкъ повелѣлъ истреблять ихъ всѣхъ безъ исключенія.
      Кромѣ хищничества и разбоя, которые свободно допускаются религіей по отношенію къ немусульманамъ, пророкъ старается внушить еще совершенное презрѣніе и пренебрежете къ нимъ. Слѣдуя его ученію, турки гнушаются всякимъ гяуромъ, отвергаютъ все немусульманское, какъ бы оно ни было для нихъ полезно. Судопроизводство Оттоманской имперіи вообще чрезвычайно плохо устроено, по турокъ все таки еще можетъ найти какую нибудь защиту у закона; самая же законная жалоба немусульманина, особенно жалоба, поданная имъ на турка, большею частью только увеличиваете его вину. Турокъ грабить, или убиваете болгарина, и какъ это обыкновенно бываетъ, не тайно, а при всѣхъ, среди бѣлаго дня. Обиженный отправляется къ кади (къ судьѣ) и подаете жалобу на турка.
      — «А свидѣтели есть?»
      — «Какъ же, вся деревпя видѣла.... Дѣдушка Мито, дѣдушка Петро, сельскій священпикъ, еще....»— -«Нѣтъ, пѣтъ....», перебиваете его кади, а правовѣрнаго имѣешь свидѣтелемъ? Пора же вамъ привыкнуть къ тому, что пятьдесятъ болгаръ свидѣтелей безъ турка ничего не значатъ....» скажетъ кади равнодушно и несчастпый уйдете ни съ чѣмъ.... Нѣтъ, впрочемъ, опъ выходить изъ суда съ твердымъ убѣжденіемъ, чтозъ своемъ обидчикѣ нажилъ себѣ злѣйшаго врага и что его жалоба ни за что не пройдетъ ему даромъ.
      Да хоть турокъ и видѣлъ, какъ его собрать грабилъ христіанипа, по развѣ онъ возьмется свидѣтельствовать за гяура, да еще противъ мусульманина? А бываете и хуже: ограбившій турокъ самъ идетъ еще раньше жаловаться на того, кого онъ только что ограбилъ.... Поводъ найти не трудно: ограбленный райя, поколотилъ его и этого совершенно достаточпо. Онъ берете въ свидетели кого нибудь изъ своихъ и тотъ на судѣ подтверждаете, какъ собака-гяуръ билъ товарища. Сколько бы ни оправдывался райя, сколько бы пи представлялъ свидетелей изъ своихъ, что онъ напесъ ударь турку только тогда, когда тотъ оскорбилъ его дочь, отнялъ у пего его имущество, до полусмерти избилъ его старика отца, — пичего не примутъ во внимапіе, а только будутъ повторять: «отвѣчай на вопросъ: билъ ты, или пѣтъ османла?» Несчастный не запирается и пускается объяснять причину своего поступка, по его уже не слушаютъ, выводятъ и даютъ 100, или 200 палокъ по пяткамъ.
      Христіанинъ жалуется, что такой-то турокъ укралъ его лошадей и въ доказательство того, что онъ говорить правду, указываетъ на всю деревню. Но у него требуютъ свидѣтеля иепремѣнно изъ турокъ. «Да во всемъ нашемъ селепіи нѣтъ ни одного турка, ни одинъ турокъ не знаете моихъ лошадей.... Значить для моего показанія мнѣ ужъ просто нужно нанять лжесвидетеля изъ турокъ....» — «Много не разговаривай и помни разъ навсегда: нѣтъ турка-свидѣтеля, нѣтъ и лошадей...» Существуетъ законъ, по которому никакой подданный султана не можетъ быть задержанъ безъ суда. Но и этотъ законъ соблюдается въ отношеніи лишь магометанъ; что же касается райевъ, то ихъ хватаютъ и отправляютъ въ тюрьму безъ всякаго суда и даже спроса, просто по прихоти мѣстныхъ властей и оставляютъ въ заключеніи, сколько вздумается. Выпустятъ же его на волю опять-таки не по приговору суда, а потому, что онъ дастъ взятку. Все это происходить и въ наши дни, не смотря па изданіе разпыхъ указовъ, въ которыхъ громко и во всеуслышанье заявляютъ о томъ, что отнынѣ всѣ подданные султана, какого бы они ни были исповѣданія — равны передъ закономъ. Но въ Турціи всѣ хорошія реформы и указы всегда остаются только прекрасными фразами. Такимъ образомъ будутъ идти дѣла и впредь до тѣхъ поръ, пока не будетъ расширено образованіе турецкаго юношества, которое теперь ограничивается только религіей, тормозящей всякія знанія и внушающей одну ненависть ко всему иновѣрческому.
Tags: Ислам, Коран
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments