Баламут Чума (balamut4uma) wrote,
Баламут Чума
balamut4uma

Римская компания. Жатва



Жизнь европейских народов. Т. 1
Водовозова Елизавета Николаевна
Издатель: Санкт-Петербург
Дата: 1875
Иллюстратор: Васнецов Виктор Михайлович
Описание: Оригинал хранится в ГПИБ
Объём: XXII, 553 с., 25 л. ил.
Стр.:292
РИМСКАЯ КАМПАНЬЯ.
Работы въ Кампаньѣ— Выходъ па жатву. — Сельское хозяйство Кампапьи. — Сборъ винограда и выделываніе вина— Шествіе Бахуса— Свадьбы.

      Большая часть работъ въ Кампаньѣ исполняется горцами. Вся жизнь этихъ людей проходитъ въ странствованіяхъ на работу и въ возвращеніи на родину. Съ приближеніемъ жатвы на всѣхъ дорогахъ, ведущихъ къ Риму, можно видѣть огромныя толпы горцевъ, напоминающихъ въ это время пилигримовъ: всѣ они съ мѣшками и узлами, а матери съ плетеными корзинками на головахъ, въ которыхъ спокойно спятъ или играютъ съ цвѣтами ихъ дѣти. Толпы рабочихъ останавливаются въ Римѣ на площади, которая отъ горцевъ получила свое названіе — Монтанара. Сюда въ извѣстный день пріѣзжаютъ факторы или землевладельцы, поземельные участки которыхъ находятся въ Кампаньи: здѣсь они заключаютъ условія съ горцами, когда и за какую плату начать работы въ ихъ помѣстьяхъ.
      Наканунѣ жатвы, рано утромъ, горцы опять собираются на Монтанарѣ, и отсюда толпами разходятся въ разныя стороны. Всѣ являются сюда веселые и бодрые. Подлѣ каждой группы стоитъ повозка съ жатвенными орудіями и кухонными принадлежностями, въ которой по дорогѣ отдыхаютъ уставшія женщины. Всѣ повозки разукрашены въ это время пестро и эффектно: обвѣшаны цвѣтными платками, убраны цвѣтами, гирляндами, вѣнками и лавровыми вѣтвями. Громадные рога воловъ убраны яркими лентами; ярмо украшено цвѣтами, а на лбу животнаго прикрѣпленъ бантъ. При звукахъ волынки, тамбурина и флейты, съ танцами, пѣніемъ, шутками, остротами и смѣхомъ, идутъ рабочіе по городу къ воротамъ. Тутъ рѣзко бросается въ глаза пестрота и разнообразіе одеждъ: однѣ женщины въ сандаліяхъ, другія босыя, въ бѣлыхъ вуаляхъ, въ платкахъ, въ соломенныхъ шляпахъ съ широкими, ниспадающими лентами.
      Дневная работа горцевъ начинается очень рано: въ три часа утра уже всѣ въ полѣ; черезъ часа 4 они завтракаютъ; около 10-ти часовъ — обѣдъ; затѣмъ сіэста— два часа отдыха или сна подъ деревомъ, или въ другомъ тѣнистомъ мѣстѣ. Въ 7 часовъ вечера работы оканчиваются. Не смотря на тяжелый трудъ подъ палящими лучами солнца, народъ любитъ жатву болѣе другой работы. Во время всѣхъ здѣшнихъ работъ горцы получаютъ пищу отъ землевладѣльца или отъ арендатора, который ихъ нанялъ, и тутъ они гораздо лучше ѣдятъ, чѣмъ дома. Говядину они считаютъ роскошью и ѣдятъ ее не болѣе разу въ недѣлю, а то и въ двѣ, здѣсь же они до сыта могутъ наѣдаться мясомъ по два раза въ день. Обѣдаютъ на открытомъ воздухѣ, гдѣ и приготовляютъ имъ пищу. Вечеромъ послѣ окончанія работъ, рабочіе очень оживляются. Въ одной группѣ молодежь танцуетъ подъ звуки музыки тарантелло или салтарелло, въ другой — поютъ народныя пѣсни, a нѣсколько подальше кучка людей внимательно слушаетъ балладу, которую поетъ ей неаполитанецъ подъ аккомпаниментъ гитары. Сзади этихъ живописныхъ группъ, между нагроможденными снопами и сложенными въ кучи жатвенными орудіями, стоятъ пустыя телѣги съ огромными колесами. Сѣро-пепельнаго цвѣта волы лежатъ подлѣ, пережевывая жвачку. Горизонтъ замыкается вдали горами, которыя блестятъ золотыми переливами вечерней зари. Въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ построены большія житницы, въ которыхъ рабочіе могутъ ночевать; но очень часто ихъ нѣтъ и приходится устроивать соломенные шалаши. Если земля влажна и испаряетъ міазмы, тогда устраивають воздушную постель между столбами. Рабочій, который не примете этой предосторожности и растянется ночью на влажной землѣ, непремѣнно возвратится на родину съ страшною лихорадкою, съ поблекшимъ лицомъ и часто съ вздутымъ, распухшимъ тѣломъ и трясущимися колѣнами. Но рабочимъ въ Кампаньѣ, лежащей недалеко отъ Рима, еще несравненно лучше, чѣмъ въ Понтійскихъ болотахъ.
      Во время жатвы работаютъ въ нраздничяые и въ воскресные дни. Поутру совершается богослуженіе на открытомъ воздухѣ. Для этого въ главныхъ мѣстностяхъ Кампаньи сооружаютъ простые алтари, украшенные цвѣтами и зеленью. Здѣсь подъ небеснымъ сводомъ священникъ совершаетъ мессу. Часто такая артель жнецовъ, окончивъ работу въ одномъ мѣстѣ, нанимается на другое, лежащее въ противоположной сторонѣ. Въ такихъ случаяхъ она совершаетъ свой переходъ въ городъ непремѣнно ночью и точно также съ нѣкоторою торжественностью. Ворота Рима отворяются для такихъ поѣздовъ во всякое время. Когда рабочіе входятъ въ городъ, тамъ царствуете совершенная тишина. Но вотъ начинаютъ открываться окна и показываться бѣлые колпаки, такъ какъ по улицѣ громко раздается стукъ отъ повозокъ, а жнецы, при свѣтѣ нѣсколькихъ факеловъ, потрясаютъ бубнами и во все горло поютъ пѣсни.
      Около Рима вездѣ есть обыкновеніе не очень старательно подбирать колосья, чтобы бѣдняки могли ими воспользоваться послѣ жатвы. Когда жнецы покидаютъ какую-нибудь мѣстность, то арендаторы приходятъ въ близъ-лежащую деревню и ударивъ раза два въ барабанъ, извѣщаютъ, что тотъ, кто заплатите нѣсколько байоки, можетъ въ такіе-то дни и на такихъ-то поляхъ собирать оставшіеся колосья. Хлѣбъ здѣсь вымолачиваютъ, какъ и въ ветхозавѣтныя времена, подъ открытымъ небомъ, на мѣстахъ нарочно для этого вымощенныхъ. Нѣсколько быковъ или лошадей связываютъ другъ съ другомъ и ихъ гоняютъ кругомъ по снопамъ. Погонщики стоятъ посреди и криками и кнутомъ подгоняютъ животныхъ. Крики этихъ людей, хлопанье бича, мычаніе или ржаніе животныхъ, шорохъ соломы слышатся съ утра до поздняго вечера впродолженіи всего іюля мѣсяца. Далеко за полночь вся мѣстность оглашается громкими пѣснями рабочихъ. Нужно однако замѣтить, что въ настоящее время и здѣсь въ нѣкоторыхъ мѣстахъ хлѣбъ вымолачиваютъ цѣпами, кое-гдѣ заводятъ даже и молотильныя машины. Когда работы на току совершенно окончены, устраиваютъ деревенскій балъ, на который сходятся жители всѣхъ окрестныхъ деревень и музыка, пѣсни и танцы раздаются всю ночь.
      Виноградъ собираютъ въ римской области къ концу сентября. Виноградники въ Кампаньѣ, какъ и вообще въ Италіи, мало иоходятъ на Рейнскіе, Мозельскіе и Аарскіе. Длинные ряды виноградныхъ лозъ спускаются съ холмовъ въ долину и опираются на тростниковыя подпорки, или навѣшаны на палки, положенныя на вѣтви деревьевъ. Между рядами виноградныхъ лозъ сѣютъ пшеницу и маисъ. Тутъ же стройно и граціозно возвышается миндальное дерево, которое начинаете цвѣсти самою раннею весною. Не менѣе живописно тутъ же стоящее оливковое дерево, съ своимъ растрескавшимся стволомъ, сѣрою корою и тонкими листьями, которые при перемѣнѣ свѣта, или при легкомъ дуновеніи вѣтерка, отливаютъ то серебромъ, то темною бронзою. Между рядами виноградныхъ лозъ насажены многія плодовыя деревья.
      Виноградная лоза въ южной Италіи часто вьется очень высоко на верху по деревьямъ, поэтому при сборѣ гроздъ приходится приносить лѣстницы. Работу эту очень любитъ народъ и она идетъ живо и весело. Собранныя грозды безъ разбора прямо бросаютъ въ чаны. За тѣмъ одинъ или два крестьянина снимаютъ съ ногъ свою обувь, засучиваютъ штаны до колѣнъ, вскакиваютъ въ чаны и, упирая руки въ боки, начинаютъ топтать виноградъ. Сокъ течетъ ручьями по желобу, сдѣланному въ днѣ чана, и стекаете въ большую кадку. Когда одна пара работниковъ устала, ее замѣняетъ другая. Изъ сока, выдавленнаго такимъ образомъ, получается вино перваго сорта; выжимки никогда не выбрасываютъ: на нихъ снова наливаютъ воду и выдавливаютъ ихъ деревяннымъ прессомъ. Вода, перебродившая на виноградныхъ выжимкахъ, называется здѣсь виномъ втораго сорта и крестьяне пьютъ его за своимъ столомъ. Сокъ, выдавленный изъ винограда, бродитъ нѣсколько недѣль въ закрытыхъ чанахъ. Черезъ мѣсяца два его уже можно пить, но это вино еще молодо; только къ новому году оно настолько выбродите, что можетъ считаться уже готовымъ.
      Когда сборъ винограда и выдавливаніе его окончены, совершается шествіе Бахуса,— церемонія, въ которой современные обычаи смѣшиваются съ древне-римскими. Но, чтобы получить настоящее понятіе объ этой процессіи, нужно отправиться въ какой нибудь менѣе извѣстный городокъ. Въ мѣстахъ наиболѣе посѣщаемыхъ иностранцами, за послѣдніе 50 лѣтъ, больше исчезло народныхъ обычаевъ, чѣмъ прежде за нѣсколько столѣтій. Шествіе открывается его сіятельствомъ господином!. Бахусомъ. Для этой роли крестьяне выбираютъ изъ своей среды самаго красиваго парня. Его убираютъ, какъ и въ древности, плющемъ и виноградною лозою. Въ рукахъ у него палка обвитая цвѣтами, съ еловой шишкой на верху, вмѣсто набалдашника. Вмѣсто пантеровой шкуры, которая прежде свѣшивалась съ плечь бога вина, на нынѣшнемъ Бахусѣ накинута бѣлая овчина: на ней сдѣланы пятна краснымъ виномъ. За Бахусомъ идетъ множество парней и дѣвушекъ въ праздничныхъ нарядахъ. Первые несутъ въ рукахъ пучки виноградныхъ гроздъ, а вторыя — корзины на головахъ, наполненныя виноградомъ; тутъ же многіе подплясываютъ, потрясаютъ бубнами, брянчатъ на гитарѣ или мандолинѣ, наигрываютъ на гармоникѣ. За огромной толпой народа слѣдуетъ повозка, убранная зеленью, платками, лентами, цвѣтами и запряженная быками, кожа которыхъ въ пятнахъ, сдѣланныхъ винограднымъ сокомъ. Поѣздъ заключается парнемъ, ѣдущимъ на ослѣ. Онъ представляете Силена — шута Бахуса. Фигура его необыкновенно смѣшна и каррикатурна: лицо вымазано винною гущею, у него привязано огромное, толстое брюхо, самъ онъ дѣлаетъ страшныя гримасы и ужимки, поглядываетъ во всѣ стороны и нещадно отпускаетъ надъ всѣми остроты. Съ каждымъ шагомъ его обступаетъ все большая толпа, нисколько не обижаясь его рѣзкими шутками. Напротивъ, при каждомъ его словѣ, раздаются крикъ, смѣхъ, аплодисменты. Эта ликующая толпа обходите торжественпымъ маршемъ весь городокъ, безпрестанно потрясая воздухъ криками „Viva Вассо, viva la Vendemia"! Да здравствуетъ Бахусъ, да здравствуетъ сборъ винограда! Всѣ плоды, которые произрастаютъ въ этой мѣстности въ такомъ изобиліи, продаются здѣсь за безцѣнокъ, но они одни не могутъ пропитать земледельца. Конечно, у него есть вино, но оно только возбуждаете нервы, а не питаетъ, и крестьянинъ сильно голодалъ бы, если бъ у него не было маиса.
      Пшеница здѣсь очень дорога, поэтому народъ и покупаете маисовую муку. Какъ Ломбардія, такъ и римская Кампанья покрыты маисомъ и у народа опъ идетъ въ пищу въ разныхъ видахъ: то приготовляютъ изъ него что-то въ родѣ размазни, то пекутъ лепешки и проглатываютъ ихъ совершенно горячими; впрочемъ въ римской Кампаньѣ народъ любитъ также салатъ съ масломъ и супъ изъ цикоріи и другихъ травъ, но всѣ эти салаты, лепешки, травяныя и маисовыя похлебки онъ ѣстъ совершенно безъ мяса, которое онъ употребляете лишь въ праздничные дни.
      Обычаи въ Кампаньѣ очень оригинальны. Тутъ замѣтно какое-то восточное удаленіе половъ другъ отъ друга; мужчины сами по ссбѣ, женщины тоже: женщины ходятъ въ гости къ женщинамъ, мужчины къ мужчинамъ. Тутъ не только считается преступленіемъ идти дѣвушкѣ рука объ руку съ мужчиной, но даже мужъ никогда пе поведете жену подъ руку на прогулку, а всегда болѣе держится мужскаго общества. Между мужчиной и посторонней ему женщиной допускается разговоръ только у открытаго окна или домашней двери. По вечерамъ слышны также подъ окнами жалобные звуки волынки и прелестныя пѣсни, въ которыхъ юноши воспѣваютъ дѣвушекъ, не имѣя возможности запросто побесѣдовать съ ними.
      Женятся здѣсь очень рано: молодой парень 2 1 года беретъ обыкновенно дѣвушку 15 лѣтъ, а то и моложе. Лишь только юноша задумалъ жениться и сказалъ объ этомъ двумъ, тремъ пріятелямъ, на другой, на третій день къ нему обыкновенно является свате и говоритъ: въ такомъ-то мѣстечкѣ есть дѣвушка, которая тоже ищете мужа, за ней даютъ тысячу скуди приданаго: юноша говоритъ матери, ѣдетъ тотчасъ въ домъ къ названной дѣвушкѣ, сватается при первомъ же свиданіи и свадьбу назначаютъ черезъ двѣ, три недѣли.
      Необыкновенно странно народъ встрѣчаетъ новобрачныхъ, если кто нибудь изъ нихъ, мулгъ или жена были прелюде вдовы. Въ день свадьбы вся площадь передъ домомъ новобрачныхъ наполнена пародомъ. У каждаго изъ нихъ, какъ у взрослаго, такъ и у малаго, въ рукахъ какой нибудь странный инструменте и всѣ они, кто во что гораздъ, начинаютъ раздирательную, оглушительную музыку. Трудно себѣ представить большую дисгармонію: одни издаютъ ужасные звуки изъ скорлупы раковины, другіе изъ коровьяго рога, тутъ гремятъ ножемъ о ножъ, тамъ царапаютъ ими, здѣсь бьютъ въ желѣзныя сковороды пучками проволокъ; многіе катаютъ по мостовой старыя кострюли, а толпа дѣтей съ необыкновеннымъ наслажденіемъ звонитъ въ это время коровьими колокольчиками. И такую музыку, которая можетъ скорѣе остервенить но вобрачныхъ, чѣмъ усладить ихъ слухъ, должны они выносить впродолженіи трехъ первыхъ вечеровъ. Мало этого, чтобъ оповѣстить всѣхъ, что въ томъ или другомъ домѣ есть поженившіеся вдовцы, эта огромная толпа, вооруженная своими инструментами, ходитъ по всему городу: одинъ несетъ фонарь на палкѣ, остальные потрясаютъ воздухъ демоническими звуками.
Tags: Водовозов, Римская, Римские
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments