Баламут Чума (balamut4uma) wrote,
Баламут Чума
balamut4uma

Categories:

"Сказ о Ясном Соколе". Продолжение.

(Продолжение)

 К ночи воротился из поднебесья Ясный Сокол; обратился он в доброго молодца и сел ужинать в семействе: тёща-хозяйка да Ясный Сокол с женою.
   Хозяйская дочь велела позвать Настеньку: пусть она служит за столом и на Ясна Сокола глядит, как уговор был. Настенька явилась, служит она за столом, кушанья подаёт и с Ясна Сокола глаз не сводит. А Ясный Сокол сидит, словно нету его. Не узнал он Настеньки: истомилась она путём-дорогою, идучи к нему, и от печали по нему изменилась в лице, тут ещё и жена в питьё зелья разные добавила.
   Отужинали хозяева, встал Ясный Сокол и пошёл спать в свою горницу.
   Настенька и говорит тогда молодой огневласой хозяйке:
   — Мух во дворе много летает. Пойду-ка я к Ясному Соколу в горницу, бу-ду от него мух отгонять, чтоб спать ему не мешали.
   — А пусть её идет! — сказала старая хозяйка.
   Молодая хозяйка опять здесь подумала.
   — Ан, нет, — говорит, — пусть обождёт.
   А сама пошла вслед за мужем, дала ему на ночь сонного зелья выпить в питье и воротилась. «Может, — рассудила хозяйская дочь, — у работницы ещё какая забава на такую мену есть!»
   — Иди теперь, — сказала она Настеньке. — Иди, мух от Ясна Сокола от-гоняй!
   Пришла Настенька к Ясному Соколу в горницу и позабыла про мух. Видит она: спит её сердечный друг непробудным сном.
   Смотрит на него Настенька — не насмотрится. Наклонилась к нему близко, одним дыханьем с ним дышит, шепчет ему:
   — Проснись, суженый мой Ясный Сокол, это я к тебе пришла; я семь пар сапог железных истоптала, семь хлебов железных изглодала!
   А Ясный Сокол спит непробудно, он глаз не открывает и не молвит слова в ответ.
   Приходит в горницу жена Ясна Сокола — хозяйская дочь — и спрашивает:
   — Отгоняла мух?
   — Отгоняла, — Настенька говорит. — Они в окно улетели.
   — Ну, иди спать в людскую.
   На другой день, как поделала Настенька всю хозяйскую работу, взяла она серебряное блюдечко и катает по нём золотым яичком: покатает вокруг — и новое золотое яичко скатывается с блюдечка; покатает другой раз вокруг — и опять новое золотое яичко скатывается с блюдечка. Увидела хозяйская дочь.
   — Ужели, — говорит, — и такая забава есть у тебя! Продай мне её, либо я тебе мену, какую хочешь, дам за неё.
   Настенька говорит ей в ответ:
   — Продать не могу, мне добрая бабушка это в подарок дала, и я тебе да-ром блюдечко с яичком отдам. На-ко, возьми!
   Взяла подарок хозяйская дочь и обрадовалась:
   — А может, и тебе что нужно, Настенька? Проси, чего хочешь.
   Настенька и просит в ответ:
   — А мне самое малое и нужно. Дозволь опять от Ясна Сокола мух отгонять, когда ты почивать его уложишь.
   — Изволь, — говорит молодая хозяйка.
   А сама думает: «Чего с мужем станется от поглядки чужой девицы! Да и спать он будет от зелья, глаз не откроет, а у работницы, может, ещё какая забава есть!»
   К ночи опять, как было, воротился Ясный Сокол из поднебесья, оборотился он в доброго молодца и сел за стол ужинать со своим семейством.
   Жена Ясна Сокола позвала Настеньку прислуживать за столом, кушанья подавать, Настенька кушанья подаёт, чашки ставит, ложки кладёт, а сама глаз с Соколика не сводит. А Финист глядит и не видит её — не узнаёт её его сердце.
   Опять, как было, дала хозяйская дочь своёму мужу питьё с сонным зельем и спать его уложила. А работницу Настеньку послала к нему и велела ей мух отгонять.
   Пришла Настенька к Ясному Соколу, стала звать его и плакать над ним, думала — нынче он пробудится, взглянёт на неё и узнает Настеньку. Долго звала его Настенька и слёзы со своего лица утирала, чтоб они не упали на белое лицо суженого и не смочили его. А Ясный Сокол спал, он не пробудился и глаз своих не открыл в ответ.
   На третий день Настенька справила всю хозяйскую работу, села на лавку в людской, вынула золотое пялечко и иголочку. Держит она в руках золотое пялечко, а иголочка сама по полотну вышивает.
   Вышивает Настенька, сама приговаривает:
   — Вышивайся, вышивайся, мой красный узор, вышивайся для суженого моего, для Ясна Сокола, было бы ему на что любоваться!
   Молодая хозяйка неподалёку ходила-была; пришла она в людскую в тереме, увидела в руках у Настеньки золотое пялечко и иголочку, что сама вышива-ет. Зашлось у неё сердце завистью и алчностью, и говорит она:
   — Ой, Настенька, душенька, красная девица! Подари мне такую забаву, либо что хочешь, в обмен возьми! Золотое веретенце есть у меня, пряжи я на-пряду, холстины натку, а золотого пялечка с иголочкой у меня нету — вышивать нечем. Если в обмен не хочешь отдавать, тогда продай! Я цену тебе дам!
   — Нельзя! — говорит Настенька. — Нельзя золотое пялечко с иголочкой ни продавать, ни в обмен давать. Их мне самая добрая, самая красивая богиня даром дала. И я тебе их даром отдам.
   Взяла молодая хозяйка пялечко с иголочкой, а Настеньке ей дать нечего, она и говорит:
   — Приходи, коли хочешь, от мужа моего, Ясна Сокола, мух отгонять. Прежде ты сама просилась.
   — Приду уж, так и быть, — сказала Настенька.
   После ужина молодая хозяйка сначала не хотела давать Ясному Соколу сонного зелья, а потом раздумалась и добавила того зелья в питье: «Чего ему глядеть на девицу, пусть спит!»
   Пошла Настенька в горницу к спящему Ясному Соколу. Уже не стерпело теперь её сердце. Припала она к его белой груди и причитает:
   — Проснись-пробудись, суженый мой, Ясный мой Соколичек! Я через семь земель небесных пешей прошла, через небеса Сварожьи пролетала, к тебе идучи! Сама смерть уморилась ходить со мной по землям небесным, семь пар железных сапог ноги мои износили, семь железных хлебов в небесах я изглода-ла. Встань-проснись, суженый мой, Соколик! Сжалься ты надо мной!
   А Ясный Сокол спит, от зелья чужеземного ничего не чует, и не слышит он голоса Настеньки.
   Долго Настенька будила Ясного Сокола, долго плакала над ним, а не проснулся он, крепко было зелье жены. Да упала одна горячая слеза Настеньки на грудь Ясного Сокола, а другая слеза упала на его лицо. Одна слеза обожгла сердце Соколику, а другая открыла ему глаза, и он в ту же минуту проснулся.
   — Ах, — говорит, — что меня обожгло!
   — Суженый мой, Ясный Сокол! — отвечает ему Настенька. — Пробудись ко мне, это я пришла! Долго-долго я искала тебя, много железа я о небеса и о земли истёрла! Не стерпели они дороги к тебе, а я стерпела! Третью ночь я зову тебя, а ты спишь, ты не пробуждаешься, ты на голос мой не отвечаешь! Сохранила я твой подарочек!
   Показала она ему тут коробочку, в котором лежало серое пёрышко.
   И тут узнал Ясный Сокол свою Настеньку, красную девицу. И так он обрадовался ей, что от радости сперва слова молвить не мог. Прижал он Настеньку к груди своей белой и поцеловал в уста сахарные.
   А, очнувшись, привыкши, что Настенька с ним, он сказал ей:
   — Если бы сейчас стала ты сизой голубкой, моя верная красная девица, то улетели бы мы с тобой прочь отсюда!
   Тут достала Настенька ленточку многоцветную, подарочек Тарха Перуновича, вплела её в свою косу русую и в ту же минуту обратилась Настенька в го-лубку, а суженый её обратился в Сокола.
   Улетели они в ночное поднебесье и всю ночь летели рядом, до самого рас-света. А когда они летели, Настенька спросила:
   — Сокол, Сокол, а куда ты летишь, ведь жена твоя соскучится!
   Финист-Сокол послушал её и ответил:
   — Я к тебе лечу, красная девица. А кто мужа меняет на веретёнце, на блюдечко да на иголку, той жене мужа не надо, и та жена не соскучится.
   — А чего же ты женился на такой жене! — Спросила Настенька. — Воли твоей не было?
   — То, видать, не воля моя была, а зелье чужеземное да приворотное, от не-го и судьбы, и любви не было.
   И они полетели далее рядом друг с другом. А на рассвете опустились они на землю возле небесной колесницы Тарха Перуновича. Взял сокола с голубкой Даждьбог на колесницу небесную, и доставил прямо на Мидгард-землю.
   Полетели они над родимой землёй, к родным краям, а как прилетели к знакомому лесу, поглядела Настенька вокруг; видит она — терем её родителя во скуфе лесном стоит, как прежде был. Захотела Настенька увидеть отца-родителя, и тут же обратилась она в красную девицу. А Ясный Сокол ударился о сыру землю и сделался пёрышком.
   Взяла Настенька пёрышко, спрятала его к себе на грудь, за пазуху, и при-шла к отцу.
   — Здравствуй, дочь моя меньшая, любимая! Я думал, что тебя и на свете Сварожьем нету. Спасибо, что отца-родителя не забыла, в родной скуф воротилась. Где была так долго, чего под отчий кров не спешила?
   — Прости меня, милый батюшка. Так нужно мне было.
   — Что ж, нужно, так нужно. Спасибо, что нужда прошла.
   А случилось это на праздник Триглава, и в округе большое торжище от-крылось. Собрался наутро отец на торжище ехать, и старшие дочери с ним едут подарки себе выбирать.
   Отец и меньшую дочь позвал, Настеньку.
   А Настенька и отвечает:
   — Батюшка, — говорит, — Я с дороги притомилась, и надеть мне нечего на себя. На торжище, чай, все нарядные будут.
   — Я сам тебя, Настенька, обряжу,— отвечает отец. — На торжище, чай, торг большой.
   А старшие сестры говорят младшей:
   — Надень наши уборы, у нас лишние есть.
   — Ах, сестрицы, спасибо вам! — говорит Настенька. — мне ваши платья не по кости! Да мне и в родных стенах хорошо.
   — Ну, будь по-твоему, — говорит ей отец. — А что тебе с торжища при-везти, какой подарок? Скажи, отца не обижай!
   — Ах, батюшка, ничего мне не надобно, всё у меня есть! Недаром я далеко была и в дороге утомилась.
   Отец со старшими сёстрами уехал на торжище. В ту же пору Настенька вынула свое пёрышко. Оно ударилось об пол и сделалось прекрасным добрым молодцом, Ясным Соколом, только ещё прекраснее, чем он был прежде. Настенька удивилась, да от счастья своего ничего не сказала. Тогда сказал ей Со-количек:
   — Не дивись на меня, Настенька, это я от твоей любви таким стал.
   — Я хоть и дивлюсь, — сказала Настенька, — Да для меня ты всегда одинаков, я тебя всякого люблю.
   — А где родитель твой батюшка?
   — На торжище уехал, и сёстры с ним старшие.
   — А ты чего, Настенька моя, не поехала с ними?
   — У меня суженый есть, Ясный Сокол. Мне ничего на торжище не надо.
   — И мне ничего не надо, — сказал Финист, — Да я от твоей любви богатым стал.
   Обернулся Соколик от Настеньки, свистнул в окошко. Сейчас явилась на зов его колесница золотая, расписанная, а три белых коня гривы свои до земли распустили. Нарядились они, сели в тройку, кони помчали их вихрем.
   Приехали они в город на торжище, а торжище только открылось, все богатые товары и яства горою лежат, а люди ещё едут в дороге.
   Соколик приобрёл на торжище все товары, все яства, что были там, велел их обозами везти во скуф лесной, к родителю Настеньки. Одну только мазь ко-лёсную он не стал брать, а оставил её на торжище.
   Он хотел, чтобы все миряне, какие приедут на торжище, стали гостями на его свадьбе и скорее ехали к нему. А для скорой езды им мазь нужна будет.
   Поехали Ясный Сокол с Настенькой во скуф лесной. Едут они быстро, ко-ням белогривым воздуха от ветра не хватает.
   На половине дороги увидела Настенька своего батюшку и старших сестёр. Они ещё на торжище ехали и не доехали. Настенька велела им ворочаться ко двору, на свадьбу её с Ясным Соколом из чертога Финиста.
   А через три дня собрался в гости в скуф лесной весь народ, что жил на сто вёрст в округе; пришёл и старый волхв в скуф лесной, он благословил семейный союз сына своего с Настенькой, и устроили свадьбу дивную и богатую. В пищу на свадебном пиру добавляли масло из серебряной маслёночки с золотой крышечкой, что богиня Несреча подарила, так вкуснее сей пищи никто и не пробовал. Из муки, что намолола серебряная меленка с жерновами малахитовыми напекли пряников печатных, так слаще их никто в тех местах и не пробо-вал. А как заиграла Настенька на гусельках, весь мир плясать-танцевать стал.
   На той свадьбе прадедушки наши и прабабушки были, долго они пировали, жениха и невесту величали, с весны до зимы не разошлись бы, да настала пора убирать урожай, хлеб осыпаться начал; оттого и свадьба закончилась, и на пиру гостей не осталось. Свадьба закончилась, и свадебный пир гости позабыли, а верное любящее сердце Настеньки навсегда запомнилось в родах славянских на родной Мидгард-земле .

Tags: Левашов, сказ
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments