Баламут Чума (balamut4uma) wrote,
Баламут Чума
balamut4uma

Италия. Земледелие. Образование



Жизнь европейских народов. Т. 1
Водовозова Елизавета Николаевна
Издатель: Санкт-Петербург
Дата: 1875
Иллюстратор: Васнецов Виктор Михайлович
Описание: Оригинал хранится в ГПИБ
Объём: XXII, 553 с., 25 л. ил.
Стр.:314

Зeмледѣліе в крестьяне.— Положеніе крестьянъ арендаторов, и условія, который они заключаютъ съ землевладельцами. — Ихъ семейная жизнь и домашняя обстановка. — Итальянскій народъ, его дурныѣ и хорошія стороны-— Страсть итальянца къ зрѣлищамъ и причина этого явленія. — Разбойничество. — Образованіе.

      Опустошительная, продолжающаяся цѣлыя столѣтія борьба городовъ и партій, съ XII до XIV столѣтія невѣроятно уменьшила сельское населеніе и выгнала остатки его въ города. Народъ сильно тянула въ городъ надежда на промышленныя и торговыя выгоды, а также и защита, которую они могли тамъ найти противъ феодальныхъ бароновъ. Когда въ теченіи ХІV и XV стол. нѣкоторые города возвысились надъ сосѣдними маленькими городами и стали посылать туда своихъ чиновниковъ и правителей, тогда богатые люди стали селиться въ большихъ городахъ. Поземельная собственность тоже постепенно сосредоточилась въ рукахъ богатыхъ жителей, церквей и общинъ большихъ городовъ. И въ настоящее время большая часть здѣшнихъ земель представляютъ обширныя помѣстья, которыя принадлежать немногимъ богатымъ, знатнымъ и княжескимъ фамиліямъ. Рѣдкій итальянскій крестьянинъ имѣетъ собственный клочекъ земли. Большая часть огромныхъ владѣній раздѣлена на небольшіе участки. Землевладѣльцы раздаютъ эти участки крестьянамъ въ аренду за плату деньгами, или продуктами. И если въ горныхъ и болотистыхъ мѣстностяхъ, въ Пьемонтѣ, въ Генуѣ и въ другихъ встрѣчаются еще не раздѣленныя большія поземельныя владѣнія, то это только исключенія.
      Земля, подѣленная такимъ образомъ на мелкія участки, представляетъ длинные четыреугольники. Каждый такой участокъ осѣненъ по краямъ тутовыми деревьями, виноградной лозой и оливками; обыкновенно онъ обработанъ подъ хлѣбныя растенія и овощи. Слѣдовательно одинъ и тотъ же участокъ даетъ пшеницу, масло, вино, а иногда и рисъ. Въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ эти участки обсажены тополями. Тополь замѣнилъ теперь классическій вязъ, и, когда виноградъ поспѣетъ, крестьяне обвѣшиваютъ имъ его вѣтви, чтобы просушить эти ягоды.
      Крестьянинъ арендаторъ отдаетъ обыкновенно за свой участокъ половину всѣхъ продуктовъ земли. Когда онъ соберетъ свой посѣвъ, то дѣлитъ все на двѣ равныя части: одна идетъ землевладѣльцу, другая остается ему. Землевладѣлецъ обыкновенно уже изъ своей половины выплачиваетъ подати и поддерживаетъ постройки. Въ тѣхъ немногихъ мѣстностяхъ, гдѣ крестьянинъ платитъ только одну треть, тамъ онъ уже самъ выплачиваетъ часть податей. Когда крестьянинъ беретъ въ аренду скотъ, онъ обыкновенно выплачиваетъ деньгами, а не продуктами. Для шелка опять особыя условія. Господинъ даетъ крестьянину извѣстное количество яицъ и шелковичнаго червя. Когда изъ нихъ выйдутъ личинки, крестьянинъ долженъ покупать у владѣльца тутовыя листья для ихъ прокормленія, за условленную въ контрактѣ плату; когда у него будутъ коконы, онъ долженъ будетъ ихъ продать по условленной цѣнѣ владѣльцу. На это дѣло здѣшніе землевладельцы болѣе обращаютъ вниманія и заботятся о разведеніи шелковицы. Напротивъ въ земледѣліи они ничего не смыслятъ и думаютъ только о томъ, чтобы ничего не измѣнить въ условіяхъ и вести хозяйство по старому. Часто это бываетъ невыгодно для обѣихъ сторонъ; но крестьянинъ боится, что иначе онъ потеряетъ свой трудъ и капиталъ, a землевладѣлецъ опасается обмана со стороны арендатора. Взаимное недовѣріе, а еще больше боязнь къ нововведеніямъ иногда сильно вредитъ улучшенію сельскаго хозяйства.
      Приведемъ примѣръ. Въ винодѣліи крестьянину выгодно при наименьшей затратѣ получать какъ можно больше съ своего виноградника, чтобы имѣть возможность не только продавать вино, но и оставлять кое-что для домашняго употребленія. Для этого онъ разводитъ черный, сочный, высокоподнимающійся на деревья виноградъ, для котораго онъ не долженъ покупать никакихъ подпорокъ и который даетъ ему много вина, хотя и плохого качества. Землевладѣлецъ не измѣняетъ этого: онъ боится что при новыхъ порядкахъ, его какъ нибудь обманетъ крестьянинъ, жалѣетъ денегъ на подпорки, къ тому же тогда ему нужно было бы дать особый участокъ земли для винограда, тогда какъ теперь онъ вьется по деревьямъ, окружающимъ поле.
      Арендаторъ старается не только всю свою жизнь оставить за собой одинъ и тотъ же участокъ, но чтобъ онъ могъ перейти и къ его дѣтямъ; землевладѣлецъ также не прогонитъ арендатора, если онъ имъ доволенъ. Тѣмъ не менѣе тутъ все зависитъ отъ произвола и каприза владѣльца. Хотя весьма многіе арендаторы въ теченіи всей своей жизни живутъ на одномъ и томъ же участкѣ, тѣмъ не менѣе по своему юридическому положенію, а не рѣдко и по своему образу жизни, крестьянское сословіе въ Италіи состоитъ изъ бродячихъ, годовыхъ арендаторов! Вслѣдствіе такого положенія дѣлъ крестьянинъ не можетъ привязаться къ землѣ, какъ это бываетъ во Франціи и во многяхъ другихъ мѣстностяхъ, гдѣ земля его собственность. Если онъ увѣренъ въ своемъ настоящемъ хозяинѣ, то совсѣмъ не знаетъ его будущаго наслѣдника и потому боится затрачивать на землю деньги, такъ какъ никто не поручится ему, что новый землевладѣлецъ нe прогонитъ его черезъ нѣсколько лѣтъ, когда улучшеніе и затраты только начнутъ приносить ему плоды. Землевладѣлецъ также мало заботится объ улучшеніи: онъ выросъ въ городѣ, не имѣетъ любви къ хозяйству и получилъ землю въ наследство или купилъ ее, какъ акцію въ вѣрномъ предпріятіи, которая приносить ему определенную ренту.
      Вслѣдствіе всего сказаннаго положеніе крестьянина арендатора весьма стѣснительно. Въ болѣе счастливомъ положеніи находятся тѣ обладатели маленькихъ участковъ, которые не совершенно отдаютъ свой трудъ землѣ, а когда опи въ то же время и какіе нибудь мастера: кузнецы, портные, столяры, плотники. Въ тяжелыя годины, когда случится болѣзнь оливковъ или винограда, что здѣсь бываетъ не рѣдко, этихъ людей прокармливаетъ ихъ ремесло.
      Нѣсколько лучше положеніе тамъ, гдѣ жирныя пастбища даютъ возможность выдѣлывать сыръ и гдѣ для этого соединяются нѣсколько крестьянскихъ семействъ. Часто выручаетъ также шелковое производство, такъ какъ во многихъ работахъ при этомъ могутъ помогать женщины и дѣти, но вообще итальянскіе крестьяне чрезвычайно бѣдны и живутъ изъ году въ годъ, пропитываясь маисовою полентою и дурнымъ виномъ. Впрочемъ, при своей необыкновенной умѣренности, итальянецъ довольно легко переносить многія лишенія.
      Не смотря однако на множество неблагопріятныхъ условій, земледѣліе тамъ, гдѣ это позволяютъ обстоятельства, на весьма высокой ступени. Въ долинахъ Ломбардіи разводятъ множество винограда, шелковицы, маиса; тутъ превосходные луга, улучшенные орошеніемъ, удобреніемъ и разумиымъ выборомъ скота. Огородничество въ Тосканѣ и около Лукки, и, наконецъ, садоводство около Неаполя — часто доведены до совершенства, Когда подумаешь о тяжести податей, о недостаточномъ школьномъ образованіи, a нерѣдко и о совершенномъ его отсутствіи, объ истощающей жарѣ, о вліяніи дурнаго воздуха, о множествѣ праздниковъ, о плохихъ путяхъ сообщенія, наконецъ о томъ, что участокъ, который обработываетъ крестьянинъ не его собственность, — не мало подивишься прилежанію итальянскаго народа. Домики крестьянъ арендаторовъ обыкновенно построены въ два, а иногда и въ три этажа. Въ нижнемъ этажѣ кухня и тутъ же устроенъ хлѣвъ для коровъ и кладовая, въ которой бродить вино. Кромѣ того почти у каждаго крестьянина есть еще сарай, пристроенный къ дому, — тутъ онъ чинить свои орудія и рубить кормъ для скота. Во второмъ и третьемъ этажѣ по двѣ, а иногда и по три комнаты. Въ лучшихъ комнатахъ крестьянинъ воспитываетъ шелковичныхъ червей. У стѣнъ жилыхъ комнатъ — нѣсколько сундуковъ съ имуществомъ, которые въ тоже время служатъ и для сидѣнья; у болѣе зажиточныхъ можно встрѣтить иногда и ыѣсколько простыхъ стульевь и орѣховый комодь. Кровати безъ занавѣсей, но съ матрацами изъ льняной кудели, покрытыми стеганнымъ одѣяломъ собственной работы. Домикъ крестьянина построенъ въ нѣсколько комнатъ, потому что семейство его обыкновенно чрезвычайно многочисленно. Когда умираетъ глава семейства, то дѣти въ большинствѣ случаевъ остаются жить вмѣстѣ. Одянъ изъ сыновей заступаетъ мѣсто отца и ведетъ хозяйство; если дочери выходять замужь, то молодой мужъ не рѣдко переходить изъ своей семьи въ семью жены. Одна изъ женщинъ, и не всегда жена старшаго въ семьѣ, а наиболѣе ловкая, дѣлается хозяйкою дома и такая семейная община беретъ въ аренду много поземельныхъ участковъ. Впрочемъ раздѣлы теперь совершаются все чаще и чаще.
      Самая непривлекательная сторона, какъ крестьянина, такъ и всего итальянскаго народа, — его страшная неряшливость. Не говоря уже о его вѣчно засаленной одеждѣ и то что отъ него издали несетъ лукомъ, его голова, костюмь и тѣло покрыты миріадами вшей. У растворенной двери жилища вы постоянно видите итальянокъ, ищущихъ другъ у друга насѣкомыхъ. Рабочіе и гондольеры бросаются на песокъ набережной и такъ катаются нѣсколько минуть, чтобы насѣкомыя изъ грязной рваной рубашки перешли въ песокъ. И не дай Богъ путешественнику, не зная этого обстоятельства и подражая итальянцу, растянуться гдѣ нибудь на пескѣ: множество насѣкомыхъ заберется къ нему и послѣ этого ихъ уже очень трудно будетъ изгнать.
      Но у итальянца гораздо болѣе привлекательныхъ, чѣмъ антипатическихъ черть характера. Своимъ умомъ, находчивостью, живостью, своимъ топкимъ чувствомъ всего прекраснаго, — онъ имѣетъ полное право на уваженіе. И это понятно. Здѣсь человѣкъ чувствуетъ себя болѣе свободнымъ отъ необходимыхъ потребностей, о которыхъ неутомимо долженъ заботиться житель сѣверныхъ странъ.
      Почти вездѣ земля даетъ въ изобиліи все, что необходимо. Земля южной Италіи одна изъ самыхъ плодородныхъ земель въ мірѣ, гдѣ и самый трудъ далеко не такъ тяжелъ, какъ у насъ на Руси, потому что здѣсь хорошее, теплое время года тянется почти весь годъ. Здѣсь очень часто даже въ декабрѣ и въ январѣ,— мѣсяцы, которые считаются самыми холодными, работаютъ и подрѣзаютъ овощи въ огородахь, какъ у насъ лѣтомъ. Большій досугъ даетъ возможность болѣе думать и предаваться наслажденіямъ. Итальянецъ очень часто посѣщаетъ театръ, устроиваеть торжественныя процессіи, забавы. Правда, съ одной стороны это даетъ поводъ къ праздности, къ азартнымъ играмъ, но за то не доводить человѣка до тупости многихъ сѣверныхъ жителей, которая бываетъ слѣдствіемъ подавляющей механической работы.
      При этомъ языкъ оказываетъ удивительныя услуги: онъ такъ легокъ, удобопопятенъ, что уже ребенокъ очень рано вполнѣ овладѣваетъ имъ. Такъ какъ всѣ потребности удовлетворяются легче, то и отношенія между людьми свободнѣе, связи слабѣе. Родители и дѣти здѣсь легче разлучаются другъ съ другомъ. Съ чувствомъ собственнаго достоинства и безъ всякаго униженія относится простой человѣкъ къ людямъ высшаго сословія. Входя въ кафе, онъ безъ всякаго подобострастія и въ то же время безъ всякой фамильярности садится около лицъ другихъ сословій и совершенно просто разговариваетъ и острить съ сосѣдомъ, к го бы онъ ни былъ. Не мало отличаетъ итальянца отъ другихъ народовъ — его умѣренность. По воскреснымъ днямъ вы не найдете здѣсь пьяныхъ, а если такой и встрѣтится въ остеріи, что бываетъ чрезвычайно рѣдко, то сосѣди съ презрѣніемъ отворачиваются отъ него. Та же умѣренность и въ пищѣ: какъ въ будни, такъ и въ воскресные дни и въ то время, когда онъ раздобудетъ нѣсколько лишнихъ байоки, онъ никогда не предается обжорству. Феттучини, т. е. длинныя полосы изъ тѣста, облитыя масломъ, или макаронн съ сыромъ, которыя онъ закусываетъ апельсинами, или сырымъ укропомъ и запиваетъ маленькой чашечкой кофе, или стаканомъ вина, разбавленнаго водой, — вотъ все, что онъ позволяетъ себѣ въ болѣе счастливые дни. Его удовольствія также скромны. По воскреснымъ днямъ онъ любитъ играть въ мячь въ тѣнистомъ мѣстѣ, или посмотрѣть на играющихъ, одобрить ловкаго въ игрѣ, поострить надъ неумѣлымъ. Любитъ попѣть въ компаніи, расхаживая по улицамъ, потанцовать съ молодыми дѣвушками, но еще съ большею любовью отдается игрѣ на какомъ нибудь инструментѣ. Эта любовь такъ сильна въ итальянскомъ народѣ, что тѣ, которые не выучились играть, часто берутъ въ руки палку и, подражая игрѣ, до того увлекаются, что лицо ихъ безпрестанно мѣняется, дѣлается то грустнымъ, то необыкновенно веселымъ.
      Если есть нѣсколько лишнихъ копѣекъ въ карманѣ, итальянецъ любитъ въ праздничный день проѣхаться два, три раза въ дрянной коляскѣ. Знатные люди тоже умѣренны въ своихъ наслажденіяхъ. Нѣтъ ничего проще итальянской вечеринки въ знатномъ домѣ: смѣшанное вино, простыя сласти, чашка кофе, мороженное, вотъ все что подается въ теченіе цѣлаго вечера. Самая характерная черта итальянца — это его страсть къ зрѣлищамъ. Всю свою жизнь, какъ мы видѣли, онъ устроиваетъ такъ, чтобы по возможности удовлетворить этому чувству. Страсть къ зрѣлищамъ въ народѣ была сильно развита еще во времена римскихъ императоровъ и эту склонность въ немъ постоянно старались поддерживать его правители. Хотя нѣкоторые изъ императоровъ и увлекались сами зрѣлищами, но на нервомъ планѣ у каждаго изъ нихъ были своекорыстныя цѣли, которыхъ они старались достигнуть, заставляя народъ все болѣе и болѣе привязываться къ представленіямъ. Для этого самыя зрѣлища устраивали такъ, чтобы съ каждымъ часомъ все болѣе приковывать вниманіе народа и разжигать его воображеніе и страсти. Въ описаніяхъ этихъ зрѣлищъ просто не знаешь чему болѣе удивляться: баснословной ли роскоши, съ которою ихъ устраивали, или грубой испорченности нравовъ, какая тутъ выказывалась на каждомъ шагу.
      Зрѣлища обыкновенно начинались съ разсвѣтомъ и оканчивались съ солнечнымъ закатомъ, и такъ народъ съ утра до вечера, цѣлыми днями, былъ занятъ ими. До полудня его обыкновенно занимали ристаніемъ колесницъ, звѣриною охотою; но совсѣмъ другой характеръ принимали удовольствія послѣобѣденныя: по большей части онѣ начинались боемъ звѣрей и съ каждою минутою становились все болѣе кровавыми. Вотъ открываютъ двѣ клѣтки: изъ одной выбѣгаетъ на арену бѣшеный слонъ, возбужденный спиртными нанитками, изъ другой вырывается носорогъ, раздраженный горячимъ желѣзомъ и грохотомъ трубъ. Начинается бой и носорогъ остается побѣдителемъ. Служители цирка тащатъ съ арены слона съ распоротымъ животомъ, еще трепещущаго и стонущаго. Къ носорогу впускаютъ медвѣдя, и онъ при радостныхъ крикахъ народа опять остается побѣдителемъ. Въ заключеніе этого боя, отворяются всѣ остальныя звѣриныя клѣтки и на арену выпрыгиваютъ множество медвѣдей, львовъ, тигровъ, гіенъ и леопардовъ, происходитъ страшный невыразимый ревъ, который потрясаетъ все зданіе, начинается бой необыкновенно кровожадный и страшный: звѣри, испуская послѣднее дыханіе, дико стонутъ и мечутся; вездѣ кровь течетъ ручьями, всюду валяются откушенныя уши, оторванные куски мяса, вывалившіяся кишки... И эта отвратительная картина все болѣе увлекаетъ римлянъ; у всѣхъ горятъ глаза, всѣ готовы вскочить на арену и сами вступить въ бой съ животными. Въ одно представленіе иногда погибало такимъ оразомъ болѣе восьми сотъ различныхъ животныхъ. Павшихъ животныхъ выбрасывали на улицу и бѣдный народъ съ жадностью бросался на мертвыхъ звѣрей и растаскивалъ всѣхъ безъ разбора себѣ на обѣдъ.
      Начинается второй актъ кровавой охоты. Въ одну минуту на арену выпускаютъ сразу множество страусовъ, жирафовъ, зебровъ, оленей, лосей, слоновъ, буйволовъ и крокодиловъ. Къ нимъ выходятъ охотники, обитатели всѣхъ странъ древняго міра, всякій со своимъ оружіемъ, какъ требуетъ обычай его страны и родъ охоты, которою онъ занимается. Черезъ нѣсколько минутъ вся арена покрыта трупами рѣдкихъ звѣрей; ожидающая передъ циркомъ толпа съ дикою радостью и ревомъ бросается на рѣдкую добычу и съ торжествомъ разноситъ ее по домамъ, возбуждая зависть въ тѣхъ, которымъ не посчастливилось въ суматохѣ добыть себѣ лакомый кусокъ. Потоки крови посыпаютъ дорогимъ малахитомъ и начинается новое представленіе. Зрители до сихъ поръ только видѣли бой звѣрей, теперь они устали и имъ нужно еще еильнѣйшее раздраженіе. Вотъ для этого и приготовляли зрѣлища, гдѣ публика могла любоваться боемъ людей съ кровожадными звѣрями; теперь передъ людьми уже потоками потечетъ кровь ихъ собратій. Бойцами были обыкновенно или преступники, или чѣмъ-нибудь провинившіеся и нарочно присужденные къ такой казни, или наконецъ отчаянные смѣльчаки, которые нанимались за деньги. Но всѣ они непремѣнно задолго передъ тѣмъ, какъ выступить на арену, обучались различнымъ родамъ боя въ особыхъ, устроенныхъ для этой цѣли школахъ. Преступнику приговоренный къ битвѣ съ звѣрями, долженъ былъ сражаться, пока погибалъ. Каждый боецъ вы биралъ себѣ буйвола, на котораго онъ нападалъ и потомъ бѣжалъ отъ него. Послѣ этого выступаютъ бойцы противъ львовъ и медвѣдей; тутъ они должны стараться ловко набросить на звѣря полотно и всунуть его въ клѣтку; при этомъ обыкновенно половина бойцовъ валяется на аренѣ, разтерзанная звѣрями. Въ народѣ пробуждается сильнѣйшая жажда крови и распорядители даютъ знакъ открыть послѣдній актъ самой отвратительной, кровавой драмы.
      Къ этому страшному бою приводятъ сотни плѣнныхъ изъ всѣхъ частей государства; вооруженные ножами и мечами, выходятъ они на арену. Отворяются клѣтки и до двухъ сотъ голодныхъ медвѣдей, болѣе четырехъ сотъ другихъ звѣрей изъ Африки, львы, тигры и гіеннны съ страшнымъ ревомъ и воемъ бросаются на свои жертвы. Въ одну минуту противники встрѣтились и вступили въ бой. Крикъ и ревъ сражающихся, страшные вопли людей, разрываемыхъ звѣрями и стонъ раненныхъ звѣрей заглушаются неистовыми криками народа. Представленія оканчиваются подарками народу. Посреди арены, усыпанной свѣжимъ пескомъ, устраиваютъ небольшой лѣсъ изъ зеленыхъ деревьевъ и привязываютъ къ нимъ множество рѣдкихъ птицъ; кромѣ того изъ всѣхъ дверей цирка выгоняютъ множество свиней, оленей, дикихъ овецъ и много домашней птицы. Затѣмъ на арену пускаютъ народъ: всякій можетъ брать, что ему удастся схватить. Огромное поле арены, недавно еще покрытое трупами и ручьями крови, представляетъ теперь безумную драку людей, которые въ эти минуты совсѣмъ теряютъ человѣческій образъ.
      «Хлѣба и зрѣлищъ», кричалъ народъ, и имъ бросали, какъ собакамъ, разныя подачки, а для ихъ потѣхи проливали ручьи крови. Того изъ императоровъ, кто усерднѣе старался удовлетворить этой страсти къ зрѣлищамъ и устроивалъ ихъ съ большею щедростью, народъ обожалъ и прощалъ ему весь его деспотизмъ, всѣ пороки и безумства. И не смотря на совершенный упадокъ нравственности въ народѣ, не смотря на то, что такія зрѣлища страшно обременяли государственную казну, которая на нихъ отпускала баснословно громадныя суммы, императоры всѣми средствами поддерживали эту страсть.
      Они очень хорошо понимали, что только опьяняющія зрѣлища, могли отвлечь мысль народа отъ его бѣдственнаго, унизительнаго положенія. Такъ жила итальянская нація въ первыя столѣтія но Р. X. и очень многое передала въ наслѣдіе своимъ потомвамъ. Страсть къ процессіямъ и всевозможнымъ зрѣлищамъ, къ праздности, къ азартнымъ играмъ, лотореямъ, всѣмъ этимъ, его но всей вѣроятности, надѣлили его предки. Склонность къ праздности повела къ тому, что въ Италіи уже испоконъ вѣка распространились воровство и разбои, противъ которыхъ боролись всѣ правительства, но искоренить ихъ не могутъ еще и до сихъ поръ. Послѣ сумерекъ гулять въ какомъ нибудь глухомъ мѣстѣ и даже въ отдаленныхъ улицахъ Рима далеко не безопасно. Убійства вслѣдствіе вспышки, ссоры, оскорбленнаго самолюбія — бываютъ довольно часто. Но убійства съ корыстною цѣлью чрезвычайно рѣдки.
      За то далеко не рѣдко обираютъ карманы опоздавілихъ, останавливаюсь на большихъ дорогахъ экипажи и ограбивъ ихъ до-чиста, до смерти пугаютъ при этомъ несчастныхъ ножемъ. Конечно въ самыхъ бѣдныхъ провинціяхъ болѣе всего и распространено разбойничество, но не одна лѣнь и бѣдность дѣлаютъ итальянца разбойникомъ; причины этаго зла чрезвычайно сложны. Итальянскому разбойничеству до послѣдняго времени покровительствовали разные честолюбцы, которые пользовались разбойничьими шайками, чтобы бороться съ своими врагами и вѣрнѣе достигнуть скоихъ замысловъ. Его поддерживали кромѣ разныхъ партій и бѣдности, отвращеніе къ земледѣлію, суевѣріе, распространяемое католическимъ духовенствомъ подъ видомъ религіи, романтический, рыцарскій духъ народа, донынѣ питаемый театральными представленіями и наконецъ недостатокъ образованія. Еще и теперь въ большей части народа разбойничество не считается постыднымъ ремесломъ и очень часто служитъ средствомъ понравиться молодой дѣвушкѣ. Многія невѣсты съ гордостью разсказываютъ своимъ подругамъ, что ихъ будущіе мужья провели нѣсколько ночей съ разбойниками въ горахъ, что они были въ такихъ-то и другихъ передѣлкахъ и обо всемъ этомъ сообщаютъ, какъ о чемъ-то заслуживающемъ величайшей похвалы. И нынѣшнее правительство тратитъ много средствъ для уничтоженія разбойничества.
        Но можно смѣло сказать, что все будетъ безуспѣшно, пока народъ останется въ невѣжествѣ и пока не улучшатъ его матеріальнаго положенія. Положеніе народа до самаго послѣдняго времени было весьма печально: духовенство, которое имѣло отромное вліяніе на управленіе страной, захватило въ свои руки громадныя земли и другіе источники богатства, которые по праву принадлежали народу и взамѣнъ этого оно бросало ему подачки въ видѣ даровыхъ обѣдовъ при церквахъ и монастыряхъ. Наконецъ вспомнимъ, сколько пострадала эта страна отъ раздробленности государства, (въ единое итальянское королевство ея части соединились только въ послѣднее время), отъ грубости и насилія иностранныхъ солдатъ, которые одни за другими ее занимали. Точно также и народное образованіе было въ рукахъ духовенства. Въ неаполитанскомъ королевствѣ главными распорядителями народнаго обученія и наставниками были почти исключительно духовные сановники, или лица, принадлежавшая какой нибудь религіозной конгрегаціи. Университетскій совѣтъ состоялъ изъ монаховъ и монашескіе ордена доставляли почти всѣхъ учителей въ элементарныя школы. Среднія учебныя заведенія были въ рукахъ іезуитовъ. Въ Пармѣ владѣтельная герцогиня предоставила все начальное обученіе монахамъ, а среднее и высшее - іезуитамъ. Въ Моденѣ всѣмъ народнымъ образованіемъ заправляла одна духовная конгрегація. Такимъ образомъ во всѣхъ итальянскихъ государствахъ, присоединенныхъ къ Пьемонту, правительство страны застало народное образованіе въполномъ завѣдываніи духовенства. Вмѣсто развитія католическое духовенство заставляло въ школахъ зубрить одинъ катехизисъ и догматы вѣры, больше всего обращая вниманія на исполненіе обрядовъ и одной сценической стороны религіи, повсюду распространяя суевѣріе и шпіонство. Замѣчательно, что тѣ школы, которыя дольше другихъ оставались подъ вліяніемъ духовенства, были въ то же время и наиболѣе неразвитыми и невѣжественными. По отчету за 1865 годъ въ Неаполитанскомъ королевствѣ, гдѣ духовенство было полнымъ хозяиномъ народнаго образованія болѣе 50-ти лѣтъ, не нашлось и одного грамотнаго на 10 человѣкъ, Въ прочихъ провинціяхъ: въ Калабріи, въ Сициліи число неграмотныхъ было 900 на 1000.
      Послѣ освобожденія Италіи и даже въ настоящее время идетъ страшнѣйшая борьба между клерикального партіею и приверженцами новаго порядка, которые стоятъ за то, чтобы воспитаніе юношества вырвать изъ ея рукъ. Борьба эта далеко не легка. Обѣщаніями наградъ и выгодныхъ мѣстъ, угрозами ада, низкимъ обманомъ и іезуитскимъ вліяиіемъ на молодежь католическое духовенство, во время своего долгаго господства въ странѣ, создало себѣ огромную партію приверженцевъ. Особенно энергическія мѣры употребляло итальянское правительство для того, чтобы изъять изъ завѣдыванія духовенства женскія учебныя заведенія. Здѣсь, какъ и вездѣ, мать первая руководительница дѣтей, и женщины находились всегда болѣе мужчинъ подъ исключительнымъ вліяніемъ безнравственнаго духовенства. Теперь, когда духовенство въ странѣ стало терять свое значеніе, и участіе его въ дѣлѣ первоначальнаго обученія постоянно уменьшается, число школъ, a вмѣстѣ съ тѣмъ и число грамотныхъ, сильно увеличилось за послѣднія шесть, семь лѣтъ.
Tags: Водовозов, Италия, НЭДБ, образование
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments