Баламут Чума (balamut4uma) wrote,
Баламут Чума
balamut4uma

Инквизиция в Испании. Часть 2





   Но о разныхъ бояхъ мы поговоримъ ниже, теперь мы упомянули объ этомъ только для того, чтобы показать, что и мелкія черты характера въ народѣ тѣсно связаны съ исторіею его страны. Уже въ XVI столѣтіи былъ изданъ приказъ, которымъ предписывалось маврамъ оставить все, что хоть сколько нибудь могло имъ напоминать прежнюю ихъ религію. Подъ страхомъ строжайшихъ наказаній приказано имъ изучать испанскій языкъ и оставить всѣ свои книги. Имъ запрещалось не только читать и писать на родномъ языкѣ, но даже и говорить въ собственныхъ домахъ. Ихъ церемоніи и игры были строго запрещены, даже и одежду, съ которою они свыклись, они не смѣли болѣе носить. Такъ какъ баня была языческимъ обычаемъ, то всѣ зданія, гдѣ только были ихъ бани, приказано разрушить; не уцѣлѣли даже бани въ частныхъ домахъ.
     Верховное судилище карало, мучило и убивало людей за то, что они не вѣрили или плохо исповѣдывали католическую религію; естественно, что духовенство стало пріобрѣтать все большую силу и значеніе. Въ XVII столѣтіи оно до того усилилось, что задумало изгнать Мавровъ со всего полуострова.
     Это изгнаніе было выполнено съ страшнѣйшимъ варварствомъ. Около милліона самаго трудолюбиваго населенія Испаніи погнали, какъ дикихъ звѣрей, изъ за того только, что была заподозрѣна искренность ихъ религіознаго вѣрованія. Множество людей было перебито; другіе подверглись истязаніямъ и грабежу, а большинство отправлено въ самомъ невыносимомъ положеніи въ Африку.
     Во время переѣзда команда, которая ихъ сопровождала, нападала на несчастныхъ, избивала мужчинъ, бросала въ море дѣтей. Теперь впервые отъ Пиринеевъ до Гибралтарскаго пролива не было ни одного еретика. Все было правовѣрно и вѣрно королю: каждый житель громадной страны повиновался церкви и трепеталъ передъ королемъ. Не смотря на это, послѣдствія такого изгнанія для Испаніи были ужасны. Почти изъ каждой местности въ странѣ внезапно были изгнаны массы трудолюбивыхъ земледѣльцевъ и опытныхъ ремесленииковъ. Мавры приняли лучшія системы обработки земли, какія были только тогда извѣстны. Сухая Испанская земля отлично орошалась. Почти исключительно среди мавровъ сосредоточилось все разведеніе риса, хлопка и сахарнаго тростника, также какъ и фабрикація шелка и бумаги. Съ изгнаніемъ ихъ все это рушилось и многое рушилось навсегда, потому что испанцы считали въ то время подобныя занятія унизительными. Воевать за короля или вступать въ духовное званіе только и считалось дѣломъ почтеннымъ, все остальное было низко и гнусно. Поэтому, когда мавры были окончательно изгнаны, не оказалось никого, кто могъ бы занять ихъ мѣсто; многія искуства и ремесла навсегда исчезли, огромныя полосы удобной земли оставались необработанными.
     Нѣкоторыя богатѣйшія части Валенсіи и Гранады находились въ такомъ пренебреженіи, что не хватало средствъ для прокормленія даже и того скуднаго населенія, которое тамъ оставалось. Цѣлые округа почти мгновенно пустѣли, покидаемые жителями, и до нашихъ дней никогда снова не заселялись. Эти пустыни стали служить убѣжищемъ воровъ и разбойниковъ, поселившихся на мѣстахъ, занятыхъ прежде трудолюбивыми людьми; извѣстни, что со времени изгнанія мавровъ, появились и тѣ организованныя разбойничьи шайки, которыя сдѣлались впослѣдствіи напастью для Испаніи и которыхъ ни одно изъ испанскихъ правительствъ не въ силахъ было совершенно уничтожить. И теперь еще путешественники очень часто описываютъ, какъ въ той или другой мѣстности на нихъ нападаютъ мошенники. Вотъ что случилось еще года два тому назадъ съ однимъ путешественникомъ. Онъ ѣхалъ въ почтовой каретѣ недалеко отъ Мадрита. На карету напали разбойники: они связали кучера и даже лицо, служащее при каретѣ. Когда они покончили съ служащими, начальникъ шайки, разсыпаясь въ извиненіяхъ, самымъ изящнымъ образомъ подлетѣлъ къ сидящимъ въ каретѣ полуживымъ отъ страха пассажирамъ. «Тысячу извинении, говорилъ онъ ловко раскланиваясь, «прелестная синьора и вы любезные синьоры.... Вы совершенно безопасны.... Видите ли, нынѣшнее правительство наше совсѣмъ неблагодарно... Оно очень дурно выплачивало мнѣ мое жалованье... Поэтому я считаю себя вправѣ взять казенныя деньги, которыя находятся здѣсь...» И мошенники въ одну минуту обобрали, деньги, выпрягли лошадей и затѣмъ, не причинивъ никому ни малѣйшаго вреда, ускакали прочь.
     Послѣ изгнанія мавровъ торжество вѣры до того ослѣпило испанцевъ, что они совершенно позабыли мірскія дѣла. Въ это время всѣ другія страны увеличивали запасъ знаній, создавали искуства, развивали науки, только одна Испанія все шла назадъ, все падала ниже и ниже; бѣдствія народныя, нищета и голодъ превзошли всякое вѣроятіе. Среди этихъ бѣдствій угасалъ духъ и энергія испанской націи... Такъ было до самаго конца ХѴIII столѣтія и только въ началѣ XIX совершенно исчезли ау-то-да-фе.
     Но каковъ же теперь испанецъ, какъ ему живется? Каково его образованіе? Безъ сомнѣнія его прошлая исторія оставила глубочайшій слѣдъ на всемъ складѣ его характера... Его жалкая жизнь въ прогаедшемъ, деспотическій, варварскій гнетъ на мысль и вѣчное преслѣдованіе его религіозныхъ убѣжденій,— все это, разумѣется, оставило страшные слѣды и въ настоящемъ.
     Еще нѣсколько десятковъ лѣтъ тому назадъ, да еще и теперь въ большинствѣ случаевъ, испанецъ доводитъ свою религію до идолопоклонства. Большинство изъ нихъ свято вѣритъ въ своего патрона на небесахъ, который во всякую минуту можетъ защитить его отъ всякихъ невзгодъ.,. Каждая деревня, каждый корабль, даже каждая улица въ городѣ имѣютъ своего особаго патрона или патронессу; кромѣ того нація имѣетъ двухъ отдѣльныхъ патроновъ. Семейства, жители одной улицы, ремесленныя общества празднуютъ дни своихъ патроновъ, такъ что на одни празднества у нихъ уходитъ очень много времени.
     Безпрестанно заявляя о своей глубочайшей преданности къ католической религіи, они тутъ же у входовъ въ церкви и монастыри открыто продавали чудотворные амулеты, изъ которыхъ одни могли истребить заразительный болезни, другіе спасали скотъ отъ той или другой напасти и т. п. Эта путаница понятій царствовала во всемъ. Образованіе было даровое: ничего не стоило поступить въ университета, въ первоначальную школу, въ семинарію, но не было никакого стремленія учиться, да и бѣдность сильно тяготѣла надъ всѣми классами. Учить женщинъ грамотѣ считали почти преступленіемъ; студенты университета цѣлыми толпами ходили по городамъ съ гитарами въ рукахъ, выпрашивая милостыню за серенады и пѣсни, сочиняемыя ими по поводу всего, что бросалось имъ въ глаза.
     Лучшіе испанскіе умы, разумѣется, чувствовали страшное паденіе своей родины и старались измѣнить порядокъ вещей, или возбуждая народъ къ возстанію противъ того или другаго правительства, или вводя разныя улучшенія, но ничто не помогало и до сихъ поръ многое хорошее въ Испаніи остается пустымъ звукомъ, многія нововведепія вовсе не приносятъ той пользы, какой можно было бы ожидать. Почему же это? А потому, что ни одно нововведеніе, ни одно усовершенствованіе не можетъ дать прочнаго счастія народу, пока нѣтъ въ немъ основательныхъ знаній. Эта истина, приложимая ко всѣмъ народамъ въ мірѣ, особенно подтверждается въ Испаніи. Страна эта владѣетъ громадными богатствами: омываемая Атлантическимъ океаномъ и Средиземнымъ моремъ, она имѣетъ чрезвычайно выгодное положеніе для торговыхъ сношеній съ Америкой, такъ что сама природа предназначила ее держать въ своихъ рукахъ торговлю обѣихъ полушарій. Испанцы, какъ прежде, такъ и теперь имѣютъ богатые, цвѣтущіе города, большія фабрики, искусныхъ рабочихъ, извѣстныхъ художниковъ: даровитыя произведенія ихъ живописи и величественные храмы справедливо ставятся на ряду съ чудеснѣйшими дѣлами рукъ человѣческихъ. Они говорятъ прекраснымъ, звучнымъ и гибкимъ языкомъ, и литература ихъ стоитъ не ниже ихъ языка. Ихъ земля даетъ имъ всевозможный богатства. Она изобилуетъ виномъ и масломъ и съ тропическою щедростью даритъ народъ самыми чудными плодами. Сладкіе апельсины, лимоны, померанцы, гранаты, оливки, миндаль, фиги, виноградъ, — все это славится въ Европѣ. Въ нѣдрахъ земли находятъ въ такомъ богатствѣ и разнообразіи самые цѣнные минералы, какъ нигдѣ въ остальной Европѣ. Серебряные и ртутные рудники испанскіе хорошо извѣстны всему свѣту. Эта благословенная страна столько же изобилуетъ благородными металлами, сколько и металлами необходимыми для практической жизни: въ ней множество свинца и мѣдныхъ рудъ, которыя еще никогда не были тронуты. Желѣзо лучшихъ сортовъ можно найти почти повсюду въ Испаніи, a астурійскія угольныя копи просто неистощимы. Но всѣ испанскія богатства не обогащаютъ страну; ея промышленность въ самомъ жалкомъ состояніи и небреженіи....
     Все это происходитъ отъ двухъ главныхъ причинъ: прежде всего отъ различныхъ политическихъ партій, которыя никогда не переводятся въ Испаніи. Эти партіи всегда враждуютъ между собой, проливаютъ кровь другъ друга, опустошаютъ поля и деревни, по которымъ проходятъ, и такимъ образомъ не даютъ совсѣмъ поправиться и подняться несчастному, вѣчно разоряемому вслѣдствіе междуусобій селянину. Другая причина упадка промышленности — недостатокъ образованія и развитія. Еще до сихъ поръ большинство испанцевъ считаютъ для себя унизительнымъ заниматься какимъ нибудь ремесломъ. Имъ еще памятно то время, когда въ ихъ отечествѣ ремесломъ занимались только мавры— люди побѣжденные ими, гораздо ниже ихъ поставленные и которыхъ они могли всячески истязать. И до сихъ поръ въ Испаніи праздность не считается порокомъ: испанецъ работаетъ только для того, чтобы имѣть самое необходимое, чтобъ не умереть съ голода, а все остальное время онъ предпочитаетъ по цѣлымъ днямъ стоять, завернувшись въ плащѣ, на городской площади, спорить о послѣднемъ политическомъ событіи, сообщать новости или молча вертѣть и курить папироски. Прежде они думали, что самое благородное занятіе для испанца — война, и самый послѣдній простолюдинъ только и мечталъ, только и стремился какъ бы ему попасть въ войско и облагородить свое положеніе званіемъ гидальго (благородный). Духъ рыцарства хотя и значительно уже выдохся, но и теперь еще живетъ въ испанскомъ народѣ. Богатство природы безъ особеннаго труда даетъ возможность имѣть самое необходимое, а это, въ свою очередь, тоже сильно облѣнило и избаловало испанца. Не только испанская природа щедро надѣлена всевозможными богатствами, но и самая испанская нація обладаетъ рѣдкими качествами. Всѣ путешественники, которые имѣли дѣло съ людьми изъ простаго народа, чрезвычайно изумляются, какъ этотъ народъ, такъ мало образованный, имѣетъ столько здраваго смысла, столько наблюдательности и остроумія, и что, удивительнее всего, онъ отлично умѣетъ выражаться и говорить. Утонченная вѣжливость испанцевъ, крайняя воздержанность и умѣренность какъ въ ѣдѣ, такъ и въ рѣчахъ,— извѣстны каждому. Высшія классы испанскаго общества можно поставить въ примѣръ аристократіи всѣхъ государствъ въ Европѣ: ихъ деликатность и вѣжливость въ обращеніи съ низшими, щепетильная честность высшаго испанскаго дворянства обратилась въ поговорку и стала извѣстна всему свѣту.... Но ни великія качества испанскаго народа, ни самыя лучшія нововведенія правительства, ни щедрость и богатство природы ничто не принесло и не принесетъ никакой пользы, пока испанцы останутся невѣждами. Ослабить суевѣрія въ народѣ можетъ только распространеніе естественныхъ наукъ, которыя даютъ правильное понятіе о явленіяхъ природы; послѣднее особенно важно для испанца, такъ какъ его суевѣрію, кромѣ невѣжества, номогаетъ и самая природа: унылая, суровая, опаленная горячими лучами солнца, она сдѣлала и самый народъ пламеннымъ, страстнымъ, поддерживаетъ въ немъ еще болѣе духъ рыцарства, удальства и героизма всякаго рода.... Только распространеніе знаній можетъ заставить ихъ привязаться къ осѣдлой, тихотрудолюбивой жизни, только развитіе дасть имъ понять, что не въ одной силѣ и ловкости достоинство человѣка, только оно одно заставитъ ихъ съ отвращеніемъ взглянуть на ихъ бои быковъ и другія варварскія наслажденія.
     Во многихъ мѣстахъ Испанiи, особенно въ Андалузіи, видны слѣды прежняго владычества мавровъ: ихъ духъ сроднился здѣсь со всѣмъ, его чувствуешь и въ народныхъ напѣвахъ фанданго, и въ языкѣ, и въ обычаяхъ, и въ привычках?.. безпрестанно встрѣчаешь ихъ арабскіе профили и широкія одежды,— но больше всего отразилось вліяніе мавровъ въ различныхъ постройкахъ. Вотъ и полумѣсяцы на башняхъ, ихъ колеса для поднятія воды! Вотъ сады ихъ, въ которыхъ гораздо больше цвѣтовъ нежели деревьевъ! Но больше всего этотъ мавританскій характеръ носитъ на себѣ Еордова; она стоитъ въ полѣ, окруженная зубчатыми мавританскими стѣнами; далеко извиваясь по полю, течетъ Гвадалквивиръ между густыми кустами олеандровъ. Изъ-за стѣнъ виднѣются высокія пальмы. Съ одной стороны — Сьерра-Морэна; ея отлогіе холмы, покрытые густою зеленью, съ другой — тянутся рощи оливъ и виноградники. Одежда, дома, улицы, носятъ мавританскій характеръ. Невысокіе бѣлые дома безъ балконовъ и оконъ, улицы до того узкія, что три человѣка не вездѣ могутъ пройти въ рядъ, низкія, длинныя стѣны, ярко сверкающія своею известкового бѣлизною, темно-синія облака, въ которыхъ точно тонутъ силуэты какихъ-то совсѣмъ не европейскихъ башень, и вдругъ, среди этой арабской деревни, зданія, очень похожія, на наши присутственныя мѣста въ губернскихъ городахъ средней руки, — вотъ какой видъ имѣетъ теперь Кордова. Самое блестящее время для Кордовы было— X столѣтіе: тогда считалось здѣсь до одного милліона жителей, девятьсотъ бань, многое множество дворцовъ и роскошныхъ построекъ, но это было самое счастливое время для Кордовы... Теперь же, вмѣсто мраморныхъ дворцовъ и фонтановъ, вы встрѣтите скверные домишки безъ оконъ и дверей на улицу съ весьма небольшимъ народонаселеніемъ (тамъ считаютъ до тридцати шести тысячь жителей). Кордова славится своими заводами Андалузскихъ лошадей. И дѣйствительно, Андалузскіе кони необыкновенно красивы: густая волнистая грива, хвостъ касается земли, галопъ могучъ и порывиста; только голова (общее свойство лошадей Андалузской породы) нѣсколько велика; голову и гриву лошади убираютъ обыкновенно лентами того же цвѣта, какъ и куртка сѣдока.
     Изъ достопримѣчательностей Кордовы прежде всего останавливаетъ вниманіе туриста мечеть, построенная маврами. Снаружи мечеть эта не представляетъ ничего особеннаго, такъ какъ мавры въ своихъ постройкахъ пренебрегали внѣшностью и всю роскошь сосредоточивали на внутренности зданія. Въ эту мечеть входятъ черезъ огромный дворъ, окруженный колоннами и занятый померанцовыми деревьями. Какъ бы вы ни были подготовлены всевозможными описаніями увидѣть роскошь и замѣчательное искуство въ постройки, все таки, сдѣлавъ нѣсколько шаговъ, вы остолбенѣете отъ удивленія при видѣ этого оригинальнаго великолѣпія. Восемьсотъ шестьдесятъ колоннъ, (прежде ихъ было говорятъ 1,200) изъ драгоцѣннаго мрамора, яшмы, порфира съ капителями, соединенныя легкими и граціозными арками, представляются, густымъ лѣсомъ, въ которомъ теряется взоръ; рѣдкія, маленькія окна едва пропускаютъ свѣтъ, такъ что полусумракъ, царствующій здѣсь, еще усиливаете впечатлѣніе. При маврахъ днемъ и ночью храмъ этотъ освѣщался несколькими тысячами серебрянныхъ лампъ, теперь мечеть эта сильно искажена испанцами. Не говоря уже о мелочахъ, (они напр. замазывали надписи изъ Корана, дѣланныя маврами, передѣлывали полы); главное искаженіе состоитъ въ томъ, что посреди мечети они построили огромный католически соборъ.
Tags: Водовозов, Испания, НЭДБ, инквизиция, кат, религия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments