Баламут Чума (balamut4uma) wrote,
Баламут Чума
balamut4uma

Испания. Религиозные праздники





Жизнь европейских народов. Т. 1
Водовозова Елизавета Николаевна
Издатель: Санкт-Петербург
Дата: 1875
Иллюстратор: Васнецов Виктор Михайлович
Описание: Оригинал хранится в ГПИБ
Объём: XXII, 553 с., 25 л. ил.
Стр.:363

Религіозные праздники и процессіи.— Страстная недъля. — Пазо и ихъ зпаченіе во всъхъ испапскихъ празднествахъ. — Праздникъ Пресвятой Девы Моря въ Альмеріи. — «Танецъ шести» въ Севильскомъ соборъ.— Костюмъ «шести» — Испанское богомолье.

       Церковные праздники и дни различныхъ святыхъ празднуются въ Испаши съ чрезвычайнымъ торжествомъ и тутъ всего лучше можно познакомиться съ испанскими религіозными процессіями. Для примѣра мы опишемъ страстную недѣлю въ Севильѣ. Но прежде, чѣмъ описывать здѣшнія церемоніи, необходимо сказать нѣсколько словъ о пазо (Pasos), который всегда играетъ въ нихъ главную роль. «Pasos» собственно значить изображеніе страданій Іисуса Христа, но обыкновенно имъ обозначаютъ скульптурныя деревянныя изображенія въ натуральную величину, которыя хранятъ въ церквахъ и во время процессій носятъ по улицамъ. Прежде самые знаменитые испанскіе скульпторы дѣлали и разрисовывали эти пазо, такъ что еще и до сихъ поръ во многихъ церквахъ сохраняются эти старинный изображепія. И въ настоящее время дѣлаются эти деревянпыя изваянія и хотя теперь надъ ними уже не трудятся лучшіе скульпторы страны, тѣмъ не менѣе ихъ дѣлаютъ и разрисовываютъ по образцу тѣхъ, какіе были въ средніе вѣка.
       Во всѣхъ Севильскихъ церквахъ есть свои пазо. Одно изъ самыхъ любопытпкхъ изваяній извѣстно подъ именемъ «Iesus Nazareno», т. е. Іисусъ Назарянинъ; оно принадлежитъ церви Санъ-Лоренцо. Это огромное скульптурное изображеніе Христа одѣто въ длинное платье изъ чернаго бархата, шитое золотомъ и серебромъ; Іисусъ представленъ несущимъ крестъ огромпыхъ размѣровъ и драгоцѣнной работы съ инкрустаціями изъ слоновой кости, черепаховыхъ пластинокъ и перламутра. Съ каждой стороны Христа стоять два ангела, съ распущенными крыльями и несутъ въ рукахъ фонари, четыре фонаря побольше помѣщены по угламъ площадки, сделанной тоже изъ дерева и на которой стоить pasos и всѣ эти ангелы.
       Понятно, что такое изображеніе и очень велико и очень тяжело и его обыквенно носятъ по улицамъ несколько человѣкъ. Но не всякій, кто хочетъ, можетъ взять и понести пазо; это дозволяется только членамъ религіозныхъ братствъ, которыхъ такъ много въ Севильѣ. Носильщики носятъ обыкновенно на головахъ такое изображеніе; отъ краевъ его площадки спускается до земли длинная драпировка, совершенно скрывающая людей; такъ что когда во время процессій носятъ пазо, кажется, будто эта тяжелая масса движется сама собою.
       Чествованіе Страстной Недѣли начинается съ вербнаго воскресенья. Утромъ подъ величественными сводами Севильскаго собора совершается церемонія благословенія пальмъ. Послѣ полудня начинаются процессы. Впереди многочисленной толпы торжественно двигается pasos. При этомъ изображено событіе, подходящее къ этому дню: вербный пазо изображаетъ Христа на крестѣ между двумя разбойниками; тутъ же въ сторонѣ несутъ орудія пытки и наконецъ по угламъ стоять большіе фонари, которые фигурируютъ во всѣхъ процессіяхъ. Во главѣ кортежа идетъ нѣсколько солдатъ и кавалерійскій офицеръ въ парадной формѣ со шпагою на голо, сзади несутъ знамя братства, a затѣмъ въ два ряда члепы братства, играющія весьма важную роль въ религіозныхъ процессіяхъ и которыхъ называютъ «los Nazarenos» — назареянами. Костюмъ назареянъ состоитъ изъ большаго заостреннаго капюшона на головѣ, который не только покрываетъ голову, но все лицо и даже шею, такъ что для глазъ сдѣлано отверстіе; туника, перевязанная у таліи широкимъ поясомъ, падаетъ до ногъ и оканчивается длиннымъ шлейфомъ. Въ соборѣ назареяне отпускаютъ свой шлейфъ и онъ далеко волочится по землѣ, но на улицѣ они придерживаютъ его рукою, стараясь такъ приподнять одежду, что видны бѣлые, прекрасные чулки, старательно натянутые, и ноги, обутыя въ башмачки съ серебряными пряжками. Посреди кортежа несколько человѣкъ несутъ большіе серебряные гербы, украшенные эмблемами братства, другіе держать въ рукахъ, какъ древніе герольды, большіе серебряные барабаны, убранные богатою шелковою матеріею, съ роскошнымъ шитьемъ и бахрамою. За ними идутъ попарно нѣсколько человѣкъ и несутъ, повѣсивъ на шею, большія корзины съ восковыми свѣчами (тоже самое бываетъ и въ религіозннхъ процессіяхъ на югѣ Франціи). За ними несутъ и другой пазо, и этотъ даже больше перваго. Онъ изображаетъ входъ Іисуса въ Іерусалимъ. Посреди стѣнъ Іерусалимскихъ зубчатыя ворота, въ которыя Христосъ въѣзжаетъ на ослѣ, сопровождаемый апостолами съ пальмовыми вѣтвями въ рукахъ. Этотъ пазо весьма искусной работы. Тутъ вы видите очень много фигуръ и всѣ онѣ сдѣланы въ естественную величину, одѣты въ шелковыя, суконныя и бархатныя одежды. Такъ какъ драпировка скрываетъ людей, несущихъ пазо, и они оттуда ничего не могутъ видѣть, то одинъ изъ членовъ братства даетъ имъ знакъ особеннымъ стукомъ, когда они должны остановиться. За такою процессіею ходитъ громадная толпа народа, и такимъ образомъ расхаживаютъ они по всѣмъ улидамъ города. Въ страстную среду, въ соборѣ, во время богослуженія, когда произносятся слова et velum templi scissum est (и завѣса храма разодралась), слышится шумъ отъ действительно раздираемой завѣсы; потомъ, тѣми же средствами, какъ на театрахъ, производятъ громъ и молнію, бывшія въ ту минуту, когда Іисусъ Христосъ испускаетъ духъ. Въ этотъ день тоже носятъ по городу pasos. На одномъ изъ нихъ изображена «Молитва въ саду Гефсиманскомъ», на другомъ — толпа евреевъ со всевозможнымъ страннымъ оружіемъ тащитъ Христа, сзади ихъ несутъ въ рукахъ фонари съ зажженными свѣчами. Въ этотъ день носятъ нѣсколькихъ пазо и точно также всѣ они напоминаютъ событія, подходящія къ этому дню. Одно изъ нихъ изображаетъ бичеваніе, другое вѣнчаніе Іисуса Христа терновымъ вѣнкомъ, наконецъ одно изъ нихъ даже изображаетъ Понтія Пилата, умывающаго руки предъ народомъ и т. п. Вечеромъ въ тотъ же день въ соборѣ совершается вечерня, привлекающая огромную толпу народа, такъ какъ тутъ поютъ превосходные пѣвчіе. Церемоніи въ четвергъ сопровождаются еще большею пышностію, чѣмъ въ предъидущіе дни; утромъ кардиналъ-архіепископъ Севильи освящаетъ миро. При этомъ бросается въ глаза богатство священныхъ одеждъ весьма многочисленнаго духовенства. Въ процессіи этого дня носятъ знаменитый «monumento» . Онъ сдѣланъ еще въ 16 столѣтіи и представляетъ родъ храма колоссальныхъ размѣровъ, весь изъ дерева, разбирающійся по кускамъ; говорятъ, что одна эта операція требуетъ много рукъ и до трехъ недѣль времени.
       Въ Страстную пятницу «пазоі» еще болѣе многочисленны; всего любопытнее называющіеся «Santo Entierro» тутъ уже вы видите не деревянныя изображенія, а живыхъ людей. Вотъ личность съ косою въ рукѣ, изображающая смерть; она сидитъ на земномъ шарѣ; потомъ нѣсколько дѣтей, одѣтыхъ ангелами: одинъ изъ нихъ представляетъ архангела Михаила, онъ въ одеждѣ воина, со шпагою въ рукѣ; другой — ангела-хранителя, ведущаго человѣка за руку и человѣкъ, котораго ведутъ, тоже ребенокъ трехъ, или четырехъ лѣтъ, который посреди этихъ аллегорическихъ личностей дрожитъ отъ смущенія и боязливо поглядываетъ вокругъ. Два другихъ ребенка представляютъ святаго Гавріила, съ лиліею въ рукѣ, и святаго Рафаила, въ костюмѣ странника, съ посохомъ въ одной рукѣ и рыбою въ другой. За Христомъ въ стеклянномъ гробу, окруженномъ солдатами въ римской одеждѣ, слѣдуютъ Богородица, св. Іоаннъ, Іосифъ Аримафейскій, Никодимъ и нѣкоторые другіе. Повторяемъ: все это изображаютъ люди, и такимъ образомъ это напоминаетъ въ одно и то же время и живыя картины, и наивныя средневѣковыя мистеріи. Въ Страстную Субботу вы можете видѣть аллегорическую процессію: на тронѣ, надъ облаками, сидитъ Богъ-Отецъ, съ Богомъ-Сыномъ и Духомъ Святымъ по бокамъ; изъ пяти ранъ Сына течетъ струями кровь, которая падаетъ на церковь и оживляетъ ее; церковь изображаетъ молодая дѣвушка, одѣтая священникомъ, что производить особенный эффектъ. Другая молодая дѣвушка, съ завязанными глазами, колѣнопреклоненная у ногъ Бога Отца изображаетъ Вѣру. Въ Свѣтлое Воскресенье происходятъ всевозможпыя увеселенія, въ томъ числѣ, конечно, на первомъ планѣ бои быковъ. Въ этомъ же родѣ празднуются различные церковные праздники и въ другихъ городахъ.
       Вотъ какъ описываютъ праздникъ Пресвятой Дѣвы Моря — патронессы (покровительницы) города Альмеріи. «Въ этотъ праздникъ трудно пробираться по улицамъ съ самаго ранняго утра, такъ какъ на него наѣзжаетъ страшно много народа. Не говоря уже о любви испанца къ празднествамъ и къ процессіямъ, толпу народа привлекаютъ сюда и бои быковъ, которыми иногда заканчивается этотъ праздникъ. Послѣ обѣдни изъ всѣхъ четырехъ церквей собора вышло духовенство съ причетниками и съ своими изображеніями, т. е. со статуями изъ воска, или изъ дерева. Всѣ собрались около маленькой церкви Maria del Mar и отсюда направились по улицамъ на набережную Маіесоn. Во всѣхъ окнахъ и на всѣхъ балконахъ висѣли ковры или бѣлыя простыни, обшитыя красными каймами. Надъ улицами на протяпутыхъ веревкахъ развѣвались знамена и флаги всѣхъ консульствъ. На самомъ Малеконѣ самый большой флагъ былъ папскій съ его гербомъ: тіара и два ключа. Процессія была оригинальная и видъ съ Малекона, куда я пробрался, былъ великолѣпный. Съ одной стороны спокойное голубое море и въ заливѣ несколько кораблей увѣшанныхъ знаменами и флагами; а съ другой тоже знамена и ковры развѣвающіеся со всѣхъ домиковъ. Окна, балконы, полны разряженныхъ красавицъ, плоскія крыши или террасы тоже биткомъ набиты народомъ; внизу, на землѣ, тоже густыя пестрыя толпы. Изъ крѣпости слышится канонада, а по всему городу трескотня и шипѣнье ракетъ, и неба не видно за маленькими дымками. Первый разъ видѣлъ я здѣсь фейерверкъ днемъ. Въ Андалузіи и особенно въ этой мѣстности существуетъ обычай обѣщать патронессѣ Маріи Моря ракеты къ празднику. Какъ русскій народъ ставитъ по обѣщанію свѣчи къ образамъ, такъ андалузцы по обѣщанію заготовляютъ къ празднику ракеты, кто дюжину, кто двѣ, три.,. И въ праздникъ идетъ страшнѣйшая пальба, потому что каждый дѣлаетъ и пускаетъ свои ракеты самъ, или съ крыши дома, или слѣдуя за процессіей. Будучи заранѣе на Малеконѣ, я могъ видѣть какъ приближалась сюда по улицамъ процессія, ибо падъ городомъ стоялъ не прерывающійся столбъ отдѣльныхъ дымковъ и тихо двигался къ намъ. Конечно до десяти тысячъ ракетъ было пущено въ это утро, да столько же вечеромъ. Обожженныя палочки и пробки какъ градъ сыпались съ неба на головы.
       «Процессія вышла на Малеконъ изъ главной улицы и повернула вдоль набережной. Впереди шла полковая музыка. Затѣмъ отрядъ верховыхъ жандармовъ или guardia civil (очень уважаемая въ Испаніи). За ними двигалась, попарно, длинная вереница мужчинъ и женщинъ съ огромными свѣчами въ рукахъ. Нѣкоторые, изысканно и франтовски одетые, шли босикомъ и, прибавлю, что между мужчинами я заметилъ более босоногихъ нежели между женщинами. За вереницей этихъ кающихся несли большое изображеніе, въ человеческій ростъ, святаго Доминга (*). Это отделеніе процессіи было самое оригинальное. Святой этотъ считается покровителемъ земледельцевъ и поэтому все поселяне окрестности несли и окружали его, въ своихъ обыкновенныхъ костюмахъ, т. е. круглая и низкая шляпа изъ чернаго бархата, белая рубашка и на ней цветной хорошенькій жилетъ, красный витой кушакъ, а за темъ, вместо панталонъ, белая юбка до коленъ, белые чулки и башмаки, а въ рукахъ неизменная длинная палка. Костюмъ этотъ въ роде греческаго. Юбка разрезана пополамъ сзади и спереди и распахивается какъ фалды сюртука, но складки такъ густо собраны подъ поясомъ, что одна половинка всегда находитъ на другую и вместо белыхъ полотняныхъ — назовемъ набедренниковъ — кажетъ настоящею, самою простою, но короткою женской юбкой. Трудно передать до какой степени оригиналенъ этотъ костюмъ, особенно на сѣдомъ старике, со смуглымъ, загорелымъ лицомъ, съ угрюмою и энергическою физіономіей. Прибавьте еще къ этому полу-женскому платью особенную местную моду: завитые жидовскіе пейсики на вискахъ, т. е. длинныя букли, а затылокъ гладко выстриженный подъ гребенку... Юбка и букли при смугломъ лице и богатырскихъ плечахъ!...
       «За поселянами съ св. Домингомъ шли лодочники, барочники, рыболовы и матросы и несли огромную восковую статую святаго эльма, патрона и покровителя моряковъ и всего морскаго. Святой былъ одетъ въ длинную ризу и держалъ въ рукахъ маленькій корабль, которому ужасно позавидовали два мальчика, стоявшіе около меня. Вследъ за морскимъ отделеніемъ шло военное отделеніе и несло изображеніе Михаила Архангела, тоже въ человеческій ростъ, въ золотыхъ латахъ и съ пламеннымъ мечомъ въ руке. Онъ патронъ военныхъ, поэтому все, сколько было солдата и офицеровъ въ Альмеріи, сгруппировались вокругъ него вместе съ комендантомъ. За этимъ пестрымъ отделевіемъ разныхъ мундировъ, подвигалось большимъ чернымъ пятномъ, среди разряженной толпы, отделеніе поповъ или патеровъ, въ громадныхъ черныхъ шляпахъ и въ длиннополыхъ черныхъ кафтанахъ. Среди ихъ несли святаго Индалесіо (san Indalecio), покровителя и патрона духовенства. Статуя была одета также, какъ и живые, окружавшіе ее спутники. За ними и епископомъ появились мѣстныя власти, адъютанты коменданта крепости, алькады и члены аристократіи... Наконецъ вследъ за ними самая виновница торжества, Maria santisima del Mar— святая Марія Моря — местная Мадонна. Маленькое изображеніе изъ дерева, лицо совершенно черное и дурно сделанное (работа XIV вѣка), на голове большая изящная корона изъ листоваго серебра съ алмазами, а на плечахъ длинная риза изъ зеленаго бархата, вышитая золотомъ и драгоценными каменьями. На рукахъ ея куколка младенецъ Іисусъ, тоже старинной и плохой работы, въ серебряномъ же венце и тоже въ маленькой зеленой мантіи. Эту статую не несли на рукахъ, а она стояла на высокомъ катафалке, который катился на колесахъ невидимою силою, т. е. подъ парчей, висящею на катафалке, были укрыты человекъ пять, шесть, которые катили предъ собой или надъ собою эту махину. Эта должность особенно почетна, и чтобы быть катальщикомъ надо, говорятъ, дать не малую сумму въ церковь патронессы. Мантія Маріи Моря — приношеніе королевы Изабеллы II и донъ Франциска де-Асизъ, супруга ея, какъ гласитъ надпись. Впрочемъ нетъ ни одной Мадонны во всей Испанiи у которой бы не было мантіи отъ королевы и отъ Франциска ея супруга. За santa Maria del Mar теснилась кучка, пускавшая ракеты, и за ними снова верховой отрядъ гвардіи. Процессія сделала кругъ по Малекону, съ частыми и длинными отдыхами, и чрезъ часъ ворочалась уже назадъ въ церковь при усилившійся пальбе пушекъ и ракетъ».
       Въ Севильскомъ соборе совершаются еще более любопытный религіозныя церемоніи, какъ напр. танецз шести. Въ праздникъ «Тела Господня», изъ детей, которыя служатъ въ хоре певчихъ въ некоторыхъ кафедральныхъ соборахъ, выбираютъ несколько человекъ, чтобы участвовать въ религіозныхъ церемоніяхъ этого дня. Прежде для этого обыкновенно выбирали шестерыхъ детей; хотя теперь ихъ больше, но старое названіе сохранилось.
       «Таненъ шести» остатокъ старинныхъ представленій и танцевъ, сопровождавшихъ въ средніе века въ главныхъ городахъ Испаніи праздники Тела Господня. Булла папы Евгенія IV утвердила «танецъ шести». Архіепископъ Севильскій старался уничтожить его, находя несовместнымъ съ благоговеніемъ, внушаемымъ христіанину св. причастіемъ. Капитулъ, бывшій другаго мненія, нанялъ корабль, и шесть детей, сопровождаемыхъ маэстромъ капеллы, отправились въ Римъ, чтобы показать святому отцу, что ихъ костюмы и танцы только увеличиваютъ блескъ религіозныхъ торжествъ. вероятно папа убедился въ этомъ, такъ какъ эти тавцы и пеніе предъ причастіемъ происходятъ и въ настоящее время. Дети, которые въ нихъ учавствуютъ принадлежать обыкновенно къ семействамъ рабочихъ, или ремесленниковъ; чтобы быть принятыми, они должны иметь менее десяти летъ и обладать хоть небольшимъ голосомъ.
       Каноники капитула, выслушавъ пвніе желающихъ вступить въ это званіе, избираютъ техъ, кто имеетъ голосъ лучше другихъ. Имъ даютъ тогда обыкновенный костюмъ, очень простой, и другой, более богатый, для празднествъ, въ которыхъ они должны учавствовать. На улицахъ Севильи ихъ легко узнать по красной шапке и по плащу того же цвета; голубыя брыжжи окружаютъ шею, остальной ихъ костюмъ состоитъ изъ черныхъ чулокъ и башмаковъ съ кисточками, въ то же время украшенныхъ металлическими пуговицами. Ихъ парадный костюмъ напоминаетъ тотъ, который они носили и въ XVI столѣтіи. Шляпа несколько коническая, съ полями, приподнятыми кверху; съ одного края она придерживается бантомъ изъ белаго бархата, къ которому въ то же время прикрепленъ пучекъ голубыхъ и белыхъ перьевъ. Шелковый кафтанъ опоясанъ шарфомъ, завязаннымъ съ боку; небольшой плащъ, накинутый на плечи, граціозно падаетъ до коленъ. Но особенно характерная часть костюма—это накрахмаленныя кружевныя брыжжи, окружающія шею такъ, что несколько напоминаютъ голову Іоанна Крестителя на блюде. Кружевныя манжеты, штаны съ прорезами, шелковые голубые чулки и белые башмаки съ кисточками дополняютъ ихъ оригинальный костюмъ.
       Танецъ шести привлекаетъ въ Севилью не менее любопытныхъ, чемъ церемоніи Страстной недели, и громадный соборъ не можетъ вместить всехъ желающихъ видеть представленіе. Дети, которыя будутъ участвовать въ представленіи, стоятъ въ два ряда предъ главнымъ алтаремъ; въ известное время, поклонившись до земли, они начинаютъ медленно танцовать, побрякивая своими кастаньетами изъ слоновой кости; потомъ останавливаются, и поютъ въ честь «Богородицы, девы, матери и супруги, более чистой и прекрасной, чемъ заря и утренняя звезда». При этомъ они повторяютъ после каждаго отделенія такой припевъ: «Пойте, во славу Богоматери, во славу царственной — покровительницы Испаніи, зачавшей безъ первороднаго греха». Это пение, исполненное прекрасными, чистыми, нежными детскими голосами, производите глубокое впечатленіе. Когда они затяпутъ припевъ во славу Богородицы, раздаются звуки канстаньетовъ и подъ ихъ акомпаниментъ онѣ начинаютъ свои па. Однако нужно заметить, что эти па, которыя онѣ выделываютъ въ храмѣ, вовсе не походятъ на светскіе танцы испанцевъ. Это необыкновенно медленныѣ, плавныя движенія, имеющія некоторое сходство съ менуэтомъ. Дети исполняютъ свои обязанности лишь въ теченіи несколькихъ летъ; когда ихъ голосъ начнетъ терять детскую интонацію, они заменяются более маленькими детьми; при этомъ они оставляютъ свои блестящіе костюмы въ ризнице собора.
       Въ некоторые праздничные дни, жители Севильи совершаютъ путешествія въ ея окрестности, чтобы поклониться какой нибудь почитаемой иконе; но въ этихъ богомольяхъ мало религіознаго. Танцы, вино и всевозможныя удовольствія, которыми развлекаютъ себя въ это время испанцы, вероятно, не дозволяютъ имъ много думать о святыхъ. Даже внешній видъ этого путешествія скорее заставить думать посторонняго человека, что народъ отправляется на веселый пиръ, а не на богомолье. Несколько мужчинъ, верхами на прекрасныхъ андалузскихъ лошадяхъ, открываютъ шествіе; позади многихъ изъ нихъ на той же лошади сидитъ женщина, обхвативъ своего кавалера рукою. Мужчины одеты въ андалузскій костюмъ; шляпа съ полями, молодецки надетая на бекрень, камзолъ со множествомъ пуговицъ, съ рукавами, обшитыми бархатомъ, и горшкомъ цветовъ, вышитымъ на спине, при этомъ у мужчины еще непременно торчать изъ двухъ его кармановъ два вышитыхъ платка. Шелковый поясъ, короткіе панталоны и штиблеты, шитые шелкомъ яркихъ цветовъ, дополняютъ его оригинальный и богатый костюмъ. Что же до туалета сидящихъ возле нихъ подругъ, то, красивый и даже изящный въ обыкновенные дни, онъ въ это время просто комиченъ. Ведь теперь богомолье, следовательно самый веселый день для испанки, вотъ она и старается нарядиться, какъ можно лучше; поэтому она сбрасываетъ на эти дни свой національный костюмъ и наряжается по парижской моде. Это ей между прочимъ очень нравится уже потому, что она воображаетъ себя важной синьорой. Для этого здешнія женщины берутъ на эти дни на прокатъ у севильскихъ ветошниковъ всевозможные костюмы: шелковыя, полинялыя платья, помятыя шляпы всевозможныхъ фасоновъ, все давно вышедшее изъ моды; темъ не менее оне чрезвычайно гордятся этимъ нарядомъ. Однако вернемся къ толпе, которая идетъ на богомолье. За наездниками и наездницами, подъ которыми горячатся прыткіе кони, тянется длинный рядъ повозокъ, запряженныхъ быками съ огромными рогами, голова которыхъ совершенно исчезаетъ подъ различными украшеніями — кистями и бахрамою. Повозки переполнены молодыми девушками, которыя поютъ національныя песни. Некоторымъ изъ нихъ акомпанируютъ на гитаре. Другіе щелкаютъ кастаньетами, потрясаютъ бубнами, украшенными лентами... А тамъ звонкій смехъ, шутки, остроты съ публикою, которая высыпаетъ со всехъ балконовъ посмотреть выездъ на богомолье. Некоторые мужчины-богомольцы идутъ пешкомъ, перебирая струны своей гитары, повешенной на шею, и потягивая черное вино изъ большаго кожаннаго меха. Однако пьяныхъ совсемъ не видно.
       Одно изъ такихъ странствованій совершается въ деревню, находящуюся на разстояніи 12-ти льѣ отъ Севильи, въ праздникъ Мадонны «Росы», патронессы деревни, носящей это названіе. Въ этотъ праздникъ народъ собирается сюда не только изъ столицы Аьдалузіи, но также изъ Кадикса, Хереса и даже изъ пограничныхъ португальскихъ округовъ. Въ этотъ день окрестности деревни «Росы» покрываются толпами богомольцевъ; сюда же являются и продавцы лошадей и скота, надеясь легче сбыть свой товаръ при такомъ многолюдномъ собраніи. Все расположились на открытомъ воздухе; повозки уставлены въ кругъ и составляютъ какъ бы ограду. Въ центре круга устраивается кухня, весьма впрочемъ не сложная, такь какъ пища варится подъ открытымъ небомъ, въ железныхъ котлахъ, изъ которыхъ поятъ по дороге лошадей и быковъ. На ночь располагаются также безъ особенныхъ хлопотъ; постель носятъ съ собою: каждый завертывается въ плащь и засыпаетъ, земля служить матрасомъ, а локоть изголовьемъ. На другой день утромъ въ процессіи торжественно несутъ изображеніе Девы Росы. Эта старинная, почерневшая икона виднеется въ глубине маленькой часовни, поставленной на повозку съ огромными колесами; ее влекутъ два быка, рога которыхъ убраны цветными гирляндами и бахрамою. Часовенка украшена занавесами изъ белаго муслина и кружевъ, бантиками и букетами цветовъ; шелковыя ленты, идущія отъ угловъ часовенки, привязаны къ голове быковъ. За колесницею Мадонны длинный рядъ повозокъ съ молодыми девушками, а за ними всадники со своими разряженными подругами; затемъ огромная толпа народа, во главе которой гордо выступаетъ андалузецъ въ національномъ костюме; въ правой руке онъ держитъ флейту и извлекаетъ изъ нея разные звуки, а левою ударяетъ въ барабань, висящій у него на шее. За нимъ идутъ мужчины въ праздничномъ наряде, почти каждый съ длинною палкою въ рукв; возлѣ нихъ женщины съ цветами въ волосахъ... Тутъ играютъ на бубнахъ, тамъ бренчать кастаньетами; дети подпрыгиваютъ и отъ радости хлопаютъ въ ладоши, остальные весело болтаютъ, шутятъ. У торговцевъ въ этотъ день бойко идетъ продажа; народъ мастится вокругъ цыгань, жарящихъ лепешки на прогоркломъ оливковомъ масле, или раскупаютъ орехи, возвышающіеся горами на столахъ; тутъ же хорошенькія жительницы горъ продаютъ сладкіе пироги съ сахаромъ и различные пряники. Вотъ какъ эта шумная, необыкновенно пестрая толпа, съ песнями и музыкою, настроенная на самый веселый ладъ провожаетъ почитаемую ими Мадонну, и испанскій народъ чествуетъ ее въ день, посвященный ея памяти.
Tags: Деванагари, Испания, НЭДБ, дети, религия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments