Баламут Чума (balamut4uma) wrote,
Баламут Чума
balamut4uma

Каждый имеет право на самооборону. Чистяков М.Б. Родное. 1868












     Каждый имеет право на самооборону

     Въ эту минуту въ калитку вошелъ сотскій. Гадкое позднее появленіе, къ тому-же сотскаго, который только въ чрезвычайныхъ случаяхъ самъ приходилъ къ крестьянамъ, удивило отца; мать моя поблѣднѣла.
     — Здорово живете! сказалъ сотскій.
     „Спасибо, сказалъ отецъ. Что такъ поздненько? Съ добромъ-ли пришелъ?
     — Не совсѣмъ съ добромъ.
     „Такъ и есть! Боже милостивый! вскрикнула мать.
     — Что такое? спокойно спросилъ отецъ.
     „Засѣдатель къ себѣ завтра, чѣмъ свѣтъ, представить велѣлъ.
     — Ну, это еще не большая бѣда, - а представлять меня нечего: ты сказалъ мнѣ, я и поѣду.
     „Поѣхать-то," вѣстимо поѣдешь, когда велятъ: нe поѣхать нельзя, когда начальство приказываетъ; начальства ослушиваться не слѣдуетъ; вѣдь на то оно и начальство, чтобы его слушались; а кто не послушается, того насильно заставятъ. Дубъ крѣпокъ, да и тотъ гнутъ въ дугу. Вѣдь, вотъ, напримѣръ, я... что-жъ такое я? Сотскій, не всякій человѣкъ какой-нибудь, а все тоже, вѣдь, у меня власть, и когда что-нибудь приказываю, такъ нельзя не слушаться, слѣдуетъ исполнять, значитъ, мою волю; ну, а засѣдатель —извѣстное дѣло... Такъ, значитъ, этакимъ манеромъ, завтра, рано, ранехонько, чуть заря займется... Понимаешь?
     Какъ-же! Завтра къ засѣдателю поутру надобно ѣхать.
     „А зачѣмъ, голубчикъ? спросила робко мать моя; не знаешь-ли?
     — Знать-то знаю, какъ намъ не знать? Да, вѣдъ, что знаетъ начальство, того не всякому сдѣдуетъ знать: на то оно и начальство, чтобъ знать, чего другіе не знаютъ. Извѣстно, заседатель хочетъ все содержать въ порядкѣ и въ послушаніи; а вотъ, тутъ у насъ безпорядки завелись, и нослушанія никакого, и почтенія не оказываютъ. Ну, вотъ, онъ хочетъ чтобы, значитъ, мужикъ зналъ свое дѣло— почтеніе оказывалъ; а не то, чтобы всякому — въ усъ, да въ рыло: вѣдь рыло рылу — рознь.
     „Сотскій! сказалъ мой отецъ строго: „что ты тутъ городишь? Говори прямо, что надобно.
     ~Я не горожу, отвѣчалъ обидѣвшись сотскій: — ты вотъ нагородилъ — мутишь народъ, подговариваешь бить Порфирія и другихъ, вотъ теперь и отвѣчай.
     „Я такъ-таки и ждала, что выйдетъ что-нибудь такое! сказала моя мать, задыхаясь отъ страха.
     „Не даромъ сердце у меня такъ ныло! Батюшки, Матушки! Вотъ ни оттуда, ни отсюда лѣшій бѣду нанесъ на наши головы.
     — А ты чего мужа не унимала? Чего не останавливала? Чего на разумъ не наводила? А? Вонъ моя жена, когда зтакъ разбушуешься, хватитъ чѣмъ нипопадя —полѣномъ — полѣномъ, коромысломъ, — коромысдомъ: ну, оно и прочхнешься, и образумишься, и спасибо послѣ скажешь. Вотъ оно, въ чемъ любовь-то, да совѣтъ, да согласіе. А вы, бабье простоволосое, только и знаете, что выть въ пустую пору! Дурища этакая! Право!
     „Сотскій! крикнулъ мой отецъ: „не смѣй ругаться. Сказалъ, что тебѣ велѣно, ну и съ Богомъ. Ступай съ своей женой совѣтоваться полыньями, да коромыслами: у насъ этого обычая нѣтъ.
     — Эхъ, ты, молокососъ! Ему скажешь дѣдо, а онъ тебя попрекать станетъ! Вотъ, посмотримъ, какъ передъ засѣдателемъ-то разговоришься. Такъ, слушать: завтра, чѣмъ свѣтъ!
     „Ну, да, знаю: завтра; я не глухъ.
     Сотскій ушелъ. Отецъ и мать нѣсколько минутъ молчали. Я чувствовалъ, что готовится что-то нехорошее, и мнѣ было страшно. Мать начала говорить первая: „что-жъ, ты поѣдешь?
     — Еакъ-же! Поѣду.
     „Чтобы съ тобой тамъ чего дурнаго не сдѣлали.
     — Ничего не можетъ быть: я самъ ничего дурнаго не сдѣлалъ.
     „А, ну, какъ вздумаютъ... тебя... ни за-что, ни про-что..." И она зарыдала.
     — Не смѣютъ! сказазалъ отецъ рѣшительно, но голосъ его дрожалъ' — Ступай-ка, ложись съ ребенкомъ; у него ужъ глаза слипаются; да, спи спокойно. Утро вечера мудренѣй.
     Мы пошли спать: мать не спала всю ночь, металась въ жару, вздыхала и плакала. Отецъ тоже спалъ неспокойно: мы слышали, какъ онъ нѣсколько разъ выходилъ изъ клѣти.
     На зарѣ онъ запряѵъ лошадь, засунулъ топоръ за поясъ, попрощался, съ нами и поѣхалъ.
     — За чѣмъ ты берешь топоръ? спросила мать.
     „А на дорогѣ заѣду въ лѣсъ, дубковъ нарублю", отвѣчалъ отецъ, сильно и будто съ досадой ударилъ вожжами по лошади и ускакалъ.
     Пріѣхалъ онъ къ засѣдатедю. У воротъ стояло пѣсколько крестьянъ и женщинъ, точно-будто собрались на рынокъ: тотъ держалъ подъ-мышкой курицу, тотъ индѣйку, у того поросенокъ въ мѣшкѣ, у того лукошко съ яицами; иные держали связки калачей и баранокъ. Молодой, краснощекій парень, въ синемъ кафтанѣ, въ коломянковой подпояскѣ, стоялъ поодаль отъ другихъ, подлѣ крашеной легкой телѣжки и, безпечно облокотившись на нее, пересматривалъ и поправлялъ павлиньи перья на своей шляпѣ. Всѣ другіе были просители; и онъ отъ богатаго отца изъ одного почета привезъ засѣдателю кадку липецкаго меду. Отецъ мой сталъ тоже въ сторонѣ, но только совсѣмъ по другой причинѣ: онъ былъ обвиняемый. Часовъ пять мужики дожидались засѣдателя. Наконецъ выскочилъ лакеишка н крикнулъ: „ой, вы, ротозѣи! Ступайте сюда скорѣй. Мужики сняли шапки, взошли на дворъ и стали передъ крыльцоыъ. Ихъ требовали поодиночкѣ въ переднюю. Всѣ выходили оттуда безъ куръ, индѣекъ, калачей и т. д. Потребовали моего отца. Засѣдателя не было дома; вмѣсто него распоряжался писарь. Онъ окинулъ его взглядомъ и видя, что у него ни въ рукахъ, ни за пазухой ничего нѣтъ, грозно спр'оси.гь: „тебѣ что надобно?"
     — Мыѣ сотскій вчера велѣлъ зачѣмъ-то къ вамъ явиться.
     „А ты не знаешь, зачѣмъ?
     — Не знаю.
     „Не знаешь?
     — Не знаю.
     „Такъ, я-жъ тебѣ растолкую, мошенннкъ ты этакiй. Я тебѣ растолкую, разбойникъ ты, воръ, буянъ, пьяница, каторжникъ.
     — Государь вы мой милостивый! Скажи на милость, за что, за что вы меня ругаете. Меня еще отродясь никто не ругалъ; не тому меня отецъ и мать уіили, чтобы мнѣ принимать ругательства.
     „А! Такъ ты еще грубить. Ты еще разговаривать вздумалъ! Я-жъ тебя проучу. Я тебя научу, какъ разговаривать съ начальствомъ. Когда начальство говорить, молчи: вотъ и все. Говори: билъ ты Порфирія Филимоновича Выползова.
     — Билъ.       
     „Сколько разъ.
     — Два раза.
     „Въ первый по какому поводу?
     — Онъ былъ мертвецки пьянъ, пришелъ безъ меня въ мой домъ, началъ буянить и обижать мою жену,
     „Во второй по какому поводу?
     — Онъ напалъ на меня съ какими-то другими бродягами въ лѣсу, они стали меня бить, и я отъ нихъ отбивался.
     „Какъ же ты смѣлъ самоуправно распоряжаться?
     — Посудите сами, сударь, какое-жъ это самоуправство: пьяница пришелъ буянить въ мой домъ, я его выгналь, бандиты напали на меня въ лѣсу — я сталъ отъ нихъ отбиваться.
     "Ты подговаривалъ бить Порфирія Филимоновича и его товарищей;
     — Нѣтъ; еслибъ я захотѣлъ, такъ я самъ бы ему выместилъ.
     „ А, такъ вотъ ты каковъ. Я-жъ тебя проучу.
     — Эй, ребята! Возьмите-ка его, да прошкольте , порядкомъ, а я послѣ разберу его вину.
     Выскочили два дюжихъ парня, босоногіе, въ панковыхъ разорванныхъ и отрепанныхь сюртукахъ, съ заспанными и пьяными лицами.
     — Возьмите его, сказалъ писарь, отведите на задворокъ, подальше отъ дому, да отдерите такъ, чтобъ ему небо съ овчинку показалось.
     Отецъ мой поблѣднѣлъ; ему на умъ никогда не приходило, чтобъ его за что-нибудь высѣкли; онъ считалъ это такимъ позоромъ, что говорилъ: „лучше умереть, чѣмъ заслужить это". А тутъ онъ чувствовалъ всю правоту своего дѣла, и его хотѣли подвергнуть этому позору. Онъ машинально схватился за топоръ, который всегда носилъ пазади за поясомъ, и стиснулъ его рукоятку. Грудь его высоко поднялась отъ спершагося дыханія; мускулы рукъ и ногъ напряглись, какъ желѣзные; онъ прерывистымъ, но твердымъ голосомъ сказалъ засѣдательскому писарю: „сударь! велите имъ уйти, а ни то — худо будетъ имъ, а вамъ еще прежде. Писарь попятился назадъ и крикнулъ лакеямъ: „берите, вяжите его разбойника!
     Они было хотѣли кинуться на бѣднаго отца моего, Но онъ выдернулъ топоръ изъ-за пояса, взмахнулъ имъ высоко надъ своею головою и крикнулъ страшнымъ и умоляющимъ, полныхъ слезъ, голосомъ: „Бога ради, не подходите, не троньте меня: убью! Велите, имъ, сударь, уйти, не вводите меня въ грѣхъ, а себя въ бѣду: не посиротите ни моей, ни своей семьи!
     — Ну, пустите его, сказалъ самъ засѣдатель, между тѣмъ воротившійся, и ушелъ во внутреннія комнаты. Экій негодяй! Въ жизнь свою такого не встрѣчалъ. Пошелъ, да скажи сотскому, чтобъ завтра сходку собралъ; я тебя на міру доѣду; отъ міра не отвертишься. Пошелъ!
     Отецъ мой вздохнул, точно-будто вылѣзъ изъ страшной пропасти, проворно сѣлъ въ телѣгу и погналъ лошадь во всю прыть. Проѣхавъ версты три, онъ, опасаясь погони, свернулъ въ сторону, но узенькой, лѣсной дорожкѣ и пустилъ лошадь шагомъ. Тяжело и грустно, и какъ-то даже будто стыднo ему было, что его хотѣли тамъ обидѣть, онъ думалъ, пробираясь по свѣжей и душистой чащѣ: „вотъ и лѣсъ чудный — дубы и орѣшины такіе большіе — и солнце свѣтитъ такъ хорошо, и здоровъ, и жена у меня краше цвѣту полеваго, и ребеночекъ здоровенькій, и ничего дурнаго я не сдѣлаіъ, а вотъ тоска меня, такъ и давитъ; хотѣли меня осрамить за-то, что пьяный, негодный человѣкъ надѣлалъ мнѣ зла! Боже милосердый! Что-жъ это за жизнь? Но, помолчавъ нѣсколько минутъ, онъ встряхнулъ кудрями, вскинулъ голову, и сказалъ вслухъ: „а впрочемъ, будетъ, что будетъ; своей судьбы не минешь". Потомъ свистнулъ и началъ нѣть, что приходило ему на мысль; сколько я помню по его разсказамъ, онъ пѣлъ что-то въ такомъ родѣ:

     Степь широкая, ночь глубокая....
     И я шолъ въ степи во глубоку ночь;
     И никто не могъ мнѣ въ степи помочь,
     Чтобъ въ степи пройти моимъ ноженькамъ;
     По проложениымъ по дороженькамъ,
     Зверь и гадина, и бандит злой
     Стерегли меня во степи ночной.
     А я шелъ — свисталъ, топоромъ махалъ,—
     Топоромъ махалъ и всё пѣспи пѣлъ,
     Чтобы врагъ ко мнѣ подойти не смѣлъ.
     Мои ноженьки не прибилися,
     Думы свѣжыя не смутилися;
     Душу смѣлую Богъ мнѣ далъ,
     Чтобъ страстей весь вѣкъ я совсѣмъ не зналъ,
     И мнѣ лѣсъ, и степь, и ночная тѣнь,
     Все — дорога-путь, все, какъ бѣлый день.

***

     Каждый имеет право на самооборону

     Чистяков М.Б. Родное. 1868

ДОК: Каждый имеет право на самооборону. Чистяков М.Б. 1868
Balamut-Chuma
bchumagugl@mail.ru
НЭДБ: Родное. Чистяков Михаил Борисович. 1868
http://arch.rgdb.ru/xmlui/handle/123456789/42808

каждый, оборона, самооборона, Чистяков, топор, баламутчума
#каждый #оборона #самооборона #чистяков #топор #баламутчума
#баламутчумакаждый #баламутчумаоборона #баламутчумасамооборона #баламутчумачистяков #баламутчуматопор
Tags: #баламутчума, #баламутчумакаждый, #баламутчумаоборона, #баламутчумасамооборона, #баламутчуматопор, #баламутчумачистяков, #каждый, #оборона, #самооборона, #топор, #чистяков, Чистяков, баламутчума, каждый, оборона, самооборона
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments